Последние несколько лет в военной части 21005 в городе Юрга Кемеровской области умирают солдаты: три человека повесились в 2011 году, осенью прошлого года два срочника умерли от пневмонии, за полтора месяца нынешнего двое выпали из окон, а вскоре ещё один призывник порезал себе вены. Корреспонденты Сиб.фм отправились в часть, увидели немудрёный солдатский быт, постановочные выступления и привезли больше вопросов, чем ответов.

На контрольно-пропускном пункте солдат в тулупе и валенках вглядывается в окна въезжающих машин. Молча, как рабочие на завод, идут с конечной остановки и из ближних домов контрактники. Гражданских поменьше — повара и прочий обслуживающий персонал. Из-за забора в утренних сумерках строем выводят два десятка заспанных солдат. Нас подбирает зелёный армейский пазик.

В автобусе представитель пресс-службы Центрального военного округа и съёмочная группа из Москвы, прилетевшая снимать «военнослужащих в условиях холода».

196 военнослужащих погибли в Центральном военном округе в 2012 году, по данным военной прокуратуры

Первым делом — в штаб за планом мероприятий на день. Журналистов представляют генералу:

— А это наши, новосибирские. В связи с волнением общественности насчёт участившихся случаев. Посмотреть хотят, в каких условиях бойцы живут.

Командир даёт добро. На плацу только что закончился развод. Москвичам нужно снять группу разведчиков. Они будут готовы через полчаса, поэтому пока идём в одно из солдатских общежитий.

— То, что вы будете смотреть бытовые условия — для меня новость, — говорит растерянный офицер на крыльце штаба.

В коридоре солдаты сдают норматив — за несколько минут нужно надеть костюм химзащиты.
— А почему у вас вон тот боец чумазый?
— Да это он прыщи лечит, — смеётся подполковник.
— Защитный комплект надеть. Газы! — кричит ротный, глядя на бойцов.

Солдат, справившийся с задачей первым, поднимает руку в знак готовности.

Бойцы живут в комнатах по шесть-семь человек. Двухъярусные кровати, шкафы, тумбочки, стулья. Аккуратно и чисто. Бытовое помещение офицер снимать не даёт, пока не поставит на место брошенный на столе утюг. Оторванный шланг на полу в душевой тоже просят не фотографировать.

Москвичи снимают разведчиков, позирующих в полном обмундировании.

Сначала за казармой, где начинается обширная свалка, хорошо заметная даже под снегом — пожелтевшие матрасы, синие почтовые коробки, разный армейский хлам.

Потом в поле, за забором. Бойцы полтора часа бегают по сугробам и занимают огневые позиции на снежных отвалах вдоль дороги. Возвращаемся в общежитие. Офицеры обсуждают недавнюю замену портянок носками, мнения расходятся.

Телевизионщики в комнате досуга снимают новую экспериментальную форму — четыре бойца вытянулись по стойке «смирно». На стене висит номер гарнизонной газеты «Гвардеец», полностью состоящий из статей о суициде. Заголовки: «Не убий!», «Самый тяжкий грех», «Профилактика самоубийств среди военнослужащих».

Парни в коридоре просят фотографа поснимать их на атлетических тренажёрах — берутся за штангу, колотят грушу. Потом заглядывают в экран камеры, остаются довольны — такие снимки можно отправить близким.

Съёмочная группа заканчивает снимать позирующих в новой форме бойцов и записывает интервью с крепким высоким бритоголовым старлеем. Он рассказывает про акклиматизацию. По его словам, система выстроена так, что даже приехавший с юга человек через неделю уже сможет провести целый зимний день на воздухе.

На улице проходят занятия по лыжному бегу. Недавно прибывшие бойцы бесконечно надевают и снимают лыжи и учатся правильно ставить ноги.
— Снимаем лыжи, берём в правую руку, — руководит инструктор в красной спортивной куртке.

Гремят палки, вдоль строя по лыжне пробегают более опытные солдаты. По словам инструктора, физподготовке уделяется два часа в день.

Длинный зеленый поток марширует в сторону столовой под бой барабанов.
— Шире шаг! Раз! Раз! Раз, два, три!
Полтора десятка бойцов в хвосте колонны отстают, на них громко ругается офицер. В столовой стоит гул от голосов и звон железной посуды.

В меню — суп, каша или макароны с мясом, салат, компот, кусок сырого лука и сколько угодно хлеба.

Над раздачей висит электронное табло, на котором меняются списки блюд на завтрак, обед и ужин.
— Картофельное пюре, камбала, запечённая с кашей, — читает сопровождающий нас офицер.

После обеда просимся в общежитие, из окон которого выпали «парашютисты», как их называют между собой военные. Нам отвечают, что нужно разрешение генерала. Долго ждём его у штаба. Подходит офицер, ему объясняют, что мы приехали по поводу «парашютистов».
— А-а. Ну парашют не раскрылся, хули делать!
— Компьютерное поколение это, привыкли, что по десять жизней в игре. Думают, прыгнул из окна — ещё девять осталось…

В сообществе в соцсети «ВКонтакте», посвящённом в/ч 21005, где в основном состоят девушки срочников из этой части, многие писали про солдат-тувинцев, что все они ходят с заточками и числом столь велики, что в одной из рот всего несколько русских.

Складывалось впечатление, что в части заправляют землячества. Ротный говорит, да — тувинцев много.

Просим сведения о национальном составе части. Судя по ним, тувинцев и татар — самых многочисленных среди национальных меньшинств — по три процента, русских — 85.

Офицер делится жизненным опытом:

— Нашли мы того, кто дал последнему прыгуну два шлепка за несколько дней до происшествия. Но следствие идёт ещё. Вот когда я был курсантом в училище, у нас случаи воровства были. Выяснили, кто вор. Говорим ему: «Ну, чмо ты и чмо».

Атмосферу такую создали, что он в подвал зашёл и застрелился.

И что это — неуставные отношения? — он подзывает первого попавшегося срочника.

— Вот, корреспонденты прибыли посмотреть в связи с нашумевшими «десантниками», что за часть такая, где из окон прыгают. Скажи про вашу часть честно — нравится, не нравится?

— Так точно! Служу третий месяц. Я из Омска. Казарма благоустроенная, живём в кубриках, все удобства — туалет, душ, всё работает. Кормят по расписанию, проходим боевую подготовку по расписанию. Не понимаю мотивов тех ребят. Не знаю, как у них, они же из изолятора прыгали, я там ни разу не был. Не знаю даже, что там происходит. А конкретно у нас в подразделении — живём дружно.

Военный отпускает солдата и продолжает:

— Кто пришёл в армию и косит от службы — их сразу видно. И их не любят. Есть такие дебилы — пока не пнёшь, не понимают.

Другой офицер, до этого молчавший, его перебивает:

— Ситуация какая могла получиться. Военкоматы скрывают истинное положение дел. Дело призывника нам никогда не покажут. Все реальные болезни, все судимости — всё там остаётся. У одного раздвоение личности было.

И он порезал вены, хитрожопый, чтоб привлечь внимание — по старым шрамам, которые ещё с гражданки.

Его только перевели, один день в части пробыл и попал в санчасть, там и резанулся. А документы чистые. У военкомата задача — набрать. И один-два всё равно проскочат.

Про рядового, выпавшего 14 января из окна и получившего тяжёлые травмы, офицеры говорят, что он стоя сметал снег с подоконника и потерял равновесие, а информация в СМИ о том, что парень мыл окно при температуре −22 градуса — ошибка. От троих повешенных в 2011 году и вовсе отказываются, говорят, что это было не в части, а в округе.

— Владимиров (Алексей Владимиров — солдат-срочник, впавший в кому после попытки повеситься в 2011 году, — прим. Сиб.фм) служил нормально, проблем не было… Совершает суицидальные действия, мы его начинаем откачивать, приглашаем реанимационную бригаду из госпиталя. Врачи гражданские не хотели его брать.

Командир бригады чуть не выкинул в окошко этого врача. А Владимиров полтора месяца в реанимации пролежал в Новосибирске и умер.

Вот и по последнему «десантнику». На погибшем не было ни синяков, ни ссадин. В коллективе сразу видно, если кто-то кого-то довёл до суицида. А тут спокойно, коллектив как жил, так и живёт.

Спрашивают у дневального:

— Тебя бьют в роте? Сильно бьют?
— Никак нет, — улыбается солдат.
— Бьют и ещё как бьют, портянкой по морде ещё бреют! — хохочут офицеры.

Спрашиваем про двух призывников, умерших в части осенью 2012 года от пневмонии. Военные объясняют:

— В военкоматы ребята приходят в тонких штанишках, без кепок, без шапок, и находятся там по пять-шесть дней. На сборном пункте их в общий вагон загоняют, и вот они, все эти молекулы, встречаются. Приезжают сюда и заболевают. А иммунитет у всех разный.

Однако показать нам госпиталь военные наотрез отказались — сослались на то, что он им не подчиняется. А прибывший наконец генерал вежливо, но категорично отказал в посещении злополучного общежития.

— Может, ну его? Нам ещё служить и работать, — говорит сопровождающий. — По этой теме запрещено интервью давать, поймите правильно. Идёт следствие.

Если у вас есть комментарии к репортажу — напишите нам!

Офицер, выдвигавший версию о том, что военкоматы отправляют в армию людей, которым служить нельзя, тоже внезапно передумал и просит на него не ссылаться. Звучат выражения «мешаете следствию» и «объяснительная прокурору».

— Желательно, чтобы моего рассказа там не было. Нужно согласовывать это отдельно.
— Зачем? Факты ведь не могут измениться.
— А почему нет?

74-я гвардейская мотострелковая бригада располагается в городе Юрга Кемеровской области и относится к Центральному военному округу (часть № 21005).

История формирования

История бригады берет начало в 1943 году во время Второй мировой войны, когда из бригад морских пехотинцев, в состав которой входили участники сталинградской битвы, была создана 94-я гвардейская стрелковая дивизия. Первым боем для подразделения стали действия на Курской дуге, в дальнейшем она освобождала многие города Украины и Молдовы, в том числе Харьков и Кишинев. За героизм бойцов при захвате Звенигородки дивизия дополнительно стала именоваться «Звенигородская», успех в форсировании Днестра принес ей в награду орден Суворова.

Продвигаясь далее, подразделение участвовало в боях за города Польши, прорыве на реке Одер и захвате Бундестага, за что дивизия и получила название «Берлинская». Свыше 600 бойцов были отмечены наградами, 23 получили звание Героя Советского Союза.

После победы союзных войск дивизия осталась в структуре воинских формирований в Германии, где находилась до 1993 года, в котором была исключена из состава и перемещена в Кемеровскую область. Во время 74-я, 85-я мотострелковые дивизии, 386-й танковый полк и 1133-й зенитный полк окончательно сформировали структуру 74-й гвардейской мотострелковой бригады.

Во время Чеченской войны в 1994-1995 годах новоиспеченное формирование лишилось практически половины военных. С 1999 по 2001 год подразделение также брало участие в операциях по борьбе с террористами на Севере Кавказа. 2863 бойца бригады получили государственные отличия по результатам военных боев в Чечне.

В 2015 году мотострелковая бригада первой в Центральном округе получила танки нового образца Т-72Б3, пройдя курс дополнительных тренировок со специалистами.

Отзывы военнослужащих подразделения

На территории военной части 21005 расположены общежития, которые делятся на блочные системы, а блоки, в свою очередь, состоят из комнат-кубриков, по две в блоке. В них проживают как призывники срочной службы, так и служащие по контракту. Располагаются в комнате по 5-6 солдат, в каждом блоке есть своя уборная, душ и сушилка.

Общежития не оборудованы столовой, она находится на территории гарнизона в отдельном здании. Военные не готовят пищу, этим занимаются повара из числа гражданского населения, но уборку блочных систем, хозяйственные и парковые наряды служащие выполнять обязаны.

Также, на территории в ч 21005 находятся чайная и «чипок», в которых можно поесть или купить продукты, к услугам солдат библиотека и медицинско-санитарный пункт. Поскольку в Юрге отсутствуют медицинские учреждения для военных, а близлежащая больница расположена в Новосибирске, в медицинской части подразделения военнослужащие находятся до 15 дней, при более длительной болезни или тяжелом состоянии больных направляют в больницу.

Рядом с военным гарнизоном находится полигон, в связи с чем стрельбы в программе подготовки военнослужащих имеют приоритетное значение. Кроме того, в программе присутствуют занятия по физической подготовке и военному делу.

14 дней – по словам служащих, именно такой максимальный срок отпуска в связи с семейными причинами могут взять солдаты части, увольнительную получить можно в порядке очереди после присяги. Принятие присяги происходит в субботу, перед ним на контрольно-пропускном пункте можно ознакомиться с перечнем военных и узнать стол.

Полезная информация

11.00 – 13.00 и 15.00 – 18.00 – именно в эти часы родственники могут посетить комнату свиданий части, чтобы повидаться со служащими.

Связь с родственниками по телефону разрешена только после присяги. Самым лучшим вариантом будет купить перед присягой сим-карту и передать позже с мобильным телефоном. Время для совершения звонков – с 18.00 до 21.00. Бывшие военнослужащие бригады советуют для связи на этой территории следующих мобильных операторов: Билайн, МТС, Мегафон.

К вниманию желающих стать служащими-контрактниками — чтобы взяли в часть, необходимо иметь на руках документы медицинской проверки и карту профессионального психологического отбора. Соискатель должен быть совершеннолетним, но не старше 40 лет, для должностей офицерского состава иметь среднее образование или выше, для солдат достаточно базового среднего.

В рядах контрактников могут служить только мужчины. На матпомощь величиной в два оклада стоит рассчитывать раз в году, «подъемные» выплачиваются в начале службы единоразово. Помимо этого, служащим компенсируется паек за день, деньги в случае командировки и расходы по съему жилья за пределами гарнизона.

Денежные средства срочникам и бойцам-контрактникам переводятся на карту банка Уралсиб. Деньги можно снять в банкомате прямо возле контрольно-пропускного пункта. Суммы, снятые с остальных банковских карт, могут облагаться комиссией.

Контактный телефон: +7 (384-51) 5-07-78;

Адрес: Кемеровская обл., г. Юрга, Кирова, 14, в/ч 21005

Юргинская райбольница:

— адрес: 652050, г. Юрга, пер. Шоссейный, 8;

— тел.: +7(384-51)6-61-36 (приемная), +7(384-51)6-63-71 (регистратура).

Отделение почтовой связи Юрга 1:

— адрес: 652061, г. Юрга, ул. Вокзальная, 9;

— тел.: +7 (384-51) 5 55-80.

Как добраться и где остановиться?

  • К 74-ой ОМСБР от вокзала проехать можно маршрутными такси № 1, 8, 28 (ост. «Военторг»);
  • По городу до расположения можно подъехать автобусом № 4а (ост. «Военгородок»);
  • Автобус из Кемерово довезет Вас до остановки рядом с гарнизоном «Верхняя бригада»;
  • 30-й и 32-й городские маршруты довезут до райбольницы (ост. «Госпиталь»).

В общежитии для офицеров поблизости от медпункта можно снять комнату. Кроме того, снять номер можно в отеле «Сибирь», телефон для связи: +7 (384-51) 4-03-53.

Рубрики: Статьи

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *