«Дорогие адвокаты» или как стать известным

Быть популярным адвокатом. Что может быть приятней? Я считаю, что в этой сфере деятельности, если ты популярен, значит, богат – однозначно. Любой человек, которому пришлось столкнуться с судебными разбирательствами, пытается нанять самого лучшего соратника Фемиды. Особенно, это касается людей, которым есть, что терять. Что же касается цены вопроса, в бизнес-кулуарах ходит шутка, что обращаться к хорошему адвокату дорого, но еще дороже обращаться к плохому адвокату. Это точно… Вспоминать о слезах тех, кому пришло в голову экономить на юридических услугах, не будем. «Скупому платить дважды уже поздно» – это о них . В судебных разбирательствах, конечно, есть апелляция. Но вы же понимаете, те, кто подает на апелляцию, уже один раз проиграл. А девушки и деньги, как известно, любят победителей.
Современный мир «переживает» золотую эпоху масс-медиа. Раньше сказать: «О, lucky!» – могли единицы адвокатов. Я считал, что им масштабно посчастливилось попасть на голубой экран, дать длинное интервью компетентному профи-изданию, ответить на вопросы ведущего радио или чудным образом случайно втянуться в огромный юр-скандал. (Сначала, конечно, адвокат жалеет, что его оскандалили, а потом начинает «пожинать плоды» в виде «смачных» богатеньких клиентов… В голову приходит одна мысль: Ох, уже этот черный пиар!!!). В общем, сейчас намного проще стать известным представителем юридической сферы. Конечно, нужно прикладывать усилия, но гоняться за vip-протекциями, чтобы о тебе услышали, в наше время необязательно.
У каждого ценного игрока юридического рынка есть собственный сайт, блог, издание, которое периодически связывается с ним, чтобы взять комментарий эксперта. Сделай себя сам – так можно сказать о многих современных адвокатах. А тем, кто чаще обновляет посты в twitter, чаще улыбается удача попасть в категорию vip. Это по своей сути не так приятно, как размер гонорара, но не менее важно.
Если ты мелькаешь в телевизионных программах, ведешь дела звезд шоу-бизнеса, даешь интервью юридическим изданиям и не только – ты дорогой адвокат и жизнь твоя дорогая. Что это значит? У тебя сто процентов есть несколько квартир в Москве (самый «дешевый» город планеты Земля), дача в Подмосковье, несколько машин в гараже, а на Шри-Ланку ты можешь летать даже на уикенд, не дожидаясь двухнедельного отпуска и премии за «заслуги перед отечеством». Я не заглядываю в кошелек юристов, о которых расскажу ниже. Деньги – это мера их успеха. Много денег – много успеха. Но труда, чтобы добиться первого-второго, нужно было еще больше.
Итак:
Сергей Викторович Жорин.
Ни одного громкого события в России на сегодняшний день не обходится без его комментария. Сергей Викторович комментирует даже тогда, когда его не просят… в своем блоге. Особенно ему нравится быть в струе, когда что-то случается со знаменитостями, с которыми он сотрудничал. Например, когда скончался актер Александр Пороховщиков (15 апреля 2012 года), Жорин публиковал в социальной сети любовные откровения мэтра кино. Представители прессы использовали эту информацию в своих заметках, тешась тем, что адвокат знаком с принципами пиара. Кстати, представляя интересы певицы Валерии и продюсера Иосифа Пригожина, Жорин взыскал рекордную для России компенсацию морального вреда – 1 700 000 рублей. Этот случай в юридической практике в свое время стал сенсацией.
Павел Алексеевич Астахов.
Ему посчастливилось стать телевизионным адвокатом. «Час суда», «Три угла», «Дело Астахова» – это авторские программы Астахова, в которых он был ведущим, а его жена – продюсером. Их семейный бизнес процветает, что, безусловно, заслуживает похвалы. Павел Алексеевич не только «воспитал» свой бизнес, став новатором в своем деле, но и оставил все деньги в семье. Также Астахов пишет книги. По его роману «Рейдер» был снят в 2011 году художественный фильм. Не многие из юристов достигли подобных вершин. Что же касается юридической практики (все-таки это его основная профессия), ему посчастливилось защищать таких российских знаменитостей: Ирину Понаровскую, Аркадия Укупника, Ладу Дэнс, Кристину Орбакайте, Филиппа Киркорова, Алену Свиридову, группу Динамик, Алексея Глызина, Бари Алибасова, Сосо Павлиашвили. Понятное дело, каждый из них в благодарность (большинство дел адвокат выигрывал) рассказывал о его профессионализме «представителям пера». Да, если честно, и рассказывать особо не приходилось. Нет журналиста, который бы не узнал Павла Алексеевича в лицо. А это еще один признак популярности.
Шота Олегович Горгадзе.
В 2009 году Профессиональный союз адвокатов России признал его лучшим в номинации «Адвокат года в области гражданского права». Это было путевкой в жизнь. С тех пор Шота Горгадзе часто выступает в роли эксперта одного из самых известных ток-шоу России – «Пусть говорят» с Андреем Малаховым. Кроме того, адвокат дал более десяти интервью газете «Комсомольская правда», был гостем радиоэфира станций «Эхо Москвы», «Серебряный дождь». Он комментировал спорные юридические поступки звезд. Если уже попал в СМИ, то твое ФИО запомнят (Тем более, если тебя зовут Шота), а клиенты любят приходить к тем, кого знают не только они.
Почему эти адвокаты попали в мой маленький рейтинг? Все из-за того, что о них часто говорят: «Есть настолько дорогие адвокаты, что дешевле нанять судью». Многие дорогие адвокаты работают годами, чтобы сделать свое имя, другие – в мгновение ока становятся известными. После этого никому не хочется сойти с тропы успеха, ведь так приятно слышать от клиентов: «Спасибо, дорогой наш, адвокат».
Но, если ты не выигрываешь дела, а только светишься в СМИ, то никакой PR тебе не поможет. Я уже молчу о высшем образовании, которое современные юристы стараются получить не только в России, но и за рубежом. Пирамидка тщеславия, вскормленная СМИ, рухнет быстро, если адвокат умеет блистать лишь в прямом эфире.
В общем, коллеги-юристы, вдохновенно работайте!

Путь адвоката – с чего он начинается?

Khakimullin Aleksandr / .com

31 мая адвокатское сообщество отмечает свой профессиональный праздник – День российской адвокатуры (резолюция № 4 Второго Всероссийского съезда адвокатов от 8 апреля 2005 г.). Именно в этот день 15 лет назад был принят Федеральный закон от 31 мая 2002 г. № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (далее – закон об адвокатуре).

Накануне своего праздника опытные адвокаты рассказали порталу ГАРАНТ.РУ, с чего начинался их профессиональный путь, какие ошибки могут допустить начинающие юристы-практики, как минимизировать их последствия, как искать первых клиентов, а также на что нужно ориентироваться, определяя размер вознаграждения за свой труд в начале карьеры. Советы могут пригодиться как начинающим специалистам, так и опытным юристам, которые решили сменить сферу деятельности.

Начало карьеры и квалификационный экзамен

Елена Бойцова: «Помешать адвокату может чрезмерная самоуверенность»

Если исходить из положений закона, приобрести статус адвоката может выпускник юридического факультета, проработавший по специальности два года. Образование необходимо получить по имеющей государственную аккредитацию программе, а в качестве альтернативы допускается наличие у кандидата ученой степени по юриспруденции (п. 1 ст. 9 закона об адвокатуре). Получить адвокатское удостоверение можно и в более короткие сроки. Для этого можно устроиться в адвокатское образование стажером. Срок стажировки при этом составляет от одного года до двух лет (п. 1 ст. 28 закона об адвокатуре).

Однако на практике в адвокатуру приходят и иными путями. Более того, по словам адвоката Коллегии адвокатов «Комиссаров и партнеры» Юлии Комиссаровой, очень малое количество юристов, не имея никакого опыта, начинают работать сразу помощником либо стажером адвоката – порядка 90% специалистов пришли в профессию из иной сферы юриспруденции. Нередко статус адвоката получают бывшие следователи и должностные лица правоохранительных органов, причем они хорошо разбираются в специфике уголовных дел. Не реже в профессию приходят из государственных органов, адвокатами становятся в том числе бывшие судьи. Разумеется, в адвокатуру можно попасть и из юридического консалтинга, однако некоторые из практиков оценивают получение статуса адвоката как PR-ход и возможность привлечь больше клиентов, считает Юлия Комиссарова.

Иногда наличие опыта в иной сфере помогает найти свою нишу в юриспруденции. Председатель Коллегии адвокатов «Центр Правовых Экспертиз» Елена Бойцова рассказала, что ее коллега-адвокат, получив первое высшее образование в медицинском вузе, теперь с легкостью ведет дела медицинских организаций, так как знает данную отрасль изнутри. А другой ее коллега, имеющий опыт военной службы, специализируется в вопросах военного права. В отдельных случаях выбор профессии предопределен заранее – адвокат Юлия Вербицкая знает много потомственных адвокатов, которых подготовили и привели в адвокатуру их родители или близкие родственники.

Юлия Вербицкая: «Ваши требования в суде должны быть ясны, понятны и обоснованы»

Чтобы приобрести статус адвоката при наличии образования и необходимого опыта, кандидату нужно сдать квалификационный экзамен. Он состоит из компьютерного тестирования и устного собеседования (абз. 1 п. 2.2 Положения о порядке сдачи квалификационного экзамена на присвоение статуса адвоката; далее – Положение). Перечень вопросов утвержден Советом ФПА РФ и включает такие разделы, как история российской адвокатуры, основы статуса адвоката, профессиональной этики, а также вопросы из сферы гражданского, уголовного, трудового, семейного, процессуального, налогового и международного права и ряда других отраслей. В экзаменационном билете могут попасться любые вопросы из утвержденного перечня (абз. 3 п. 2.2 Положения). Нетрудно догадаться, что соискатель должен обладать знаниями по всем перечисленным направлениям, вне зависимости от того, в какой области он собирается специализироваться.

Как раз поэтому при подготовке к экзамену большинство профессионалов, уже прошедших испытание, советуют уделить больше внимания вопросам, с которыми соискатель реже всего сталкивался на практике. Наряду с этим адвокат МГКА «Мистюков, Погуляев, Ванатский» Денис Погуляев рекомендует изучить не только теоретические основы (доктрину), но и судебную практику – особенно важно это понимать тем кандидатам, которые пока не получили практику в суде. Но и о законодательстве не стоит забывать – к примеру, по опыту Юлии Вербицкой, в тестовой части экзамена могут попасться «заковыристые» вопросы на знание закона об адвокатуре. «Внимательно читайте закон и обращайте внимание на редакцию и употребление терминов, а также их буквальное толкование», – советует адвокат. Кроме того, по мнению Юлии Комиссаровой, нелишним будет ознакомиться с лекциями светил юриспруденции.

Определенным преимуществом при подготовке могут обладать стажеры и помощники адвокатов. Партнер Коллегии адвокатов города Москвы «Барщевский и Партнеры» Анастасия Расторгуева рассказала, что в ее коллегии с группой претендентов на статус адвоката занимаются старшие коллеги, причем вопросы по уголовному праву разбирают одни специалисты, по гражданскому – другие и так далее.

Первые клиенты, первые ошибки

Если квалификационный экзамен успешно сдан, соискателю со дня принятия присяги присваивается статус адвоката (ст. 13 закона об адвокатуре). С точки зрения закона, новоиспеченный специалист после этого может приступать к работе, но на практике у начинающего адвоката неизбежно возникнет целый ряд вопросов. Где искать первых клиентов – один из них.

Какие пять условий непременно должны быть внесены в соглашение между доверителем и адвокатом? Ответ – в Домашней правовой энциклопедии интернет-версии системы ГАРАНТ.
Получить полный
доступ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ

Мнения экспертов относительно того, стоит ли привлекать в качестве первых клиентов знакомых и друзей или лучше искать доверителей вне близкого круга общения, разделились. Одни полагают, что работа и приятельские отношения несовместимы. «Если есть желание остаться друзьями, то лучше искать доверителей на стороне. Точно так же, как нельзя делать медицинские операции своим близким – правильный расчет смешивается со страхом и неловкостью», – привела пример Анастасия Расторгуева. С друзьями, по мнению Юлии Вербицкой, могут возникнуть сложности и при определении суммы гонорара.
Как считают другие адвокаты, друзья в качестве первых клиентов – это, напротив, вполне приемлемо. Денис Погуляев подчеркнул, что начинающему адвокату значительно легче найти первых клиентов среди знакомых. По его оценке, потенциальный доверитель «со стороны» скорее всего поймет, что перед ним не очень опытный адвокат, а это может вызвать настороженность и отказ от сотрудничества. Друзья же, наоборот, изначально положительно настроены и скорее доверят решение своих юридических проблем знакомому адвокату. Кроме того, как предполагает Елена Бойцова, друзья могут начать рекомендовать такого адвоката как хорошего специалиста.

В то же время эксперты рекомендуют даже с близкими людьми выстраивать отношения по схеме «адвокат-клиент». Партнер Berkshire Advisory Group Сергей Копейкин считает необходимым в каждом случае заключать официально оформленное соглашение, согласно которому стороны берут на себя определенные функции и обязательства. Причем в данном случае неважно, первый это процесс у адвоката, или у него уже есть наработанная практика.

Денис Погуляев: «Адвокатский труд требует высокой квалификации, больших затрат времени и нервов»

Представляется, что адвокаты, начинающие свой профессиональный путь, неизбежно столкнутся и с профессиональными ошибками – это вполне естественно. Новичку стоит приготовиться к тому, что его работу будут внимательно оценивать и предъявлять к ней самые высокие требования. Важно, чтобы в подобных ситуациях начинающий специалист смог не потерять самообладание и быстро исправить недочет.

Елена Бойцова и Сергей Копейкин сошлись во мнении, что начинающему специалисту может помешать излишняя самоуверенность, ведь юристы, которым она присуща, склонны переоценивать свои силы и в связи с этим недостаточно детально прорабатывать дело. Из этой ситуации есть несколько выходов – Бойцова рекомендует для начала «снять корону» и сосредоточиться на изучении судебной практики. Нелишним будет прислушаться к советам более опытных коллег, можно посещать судебные заседания с их участием, нужно подмечать особенности их поведения, и таким образом набираться знаний и уверенности. А Сергей Копейкин советует наряду с этим избрать специализацию – ту отрасль права, которая нравится, и окунуться в эту сферу с головой.

Ошибки часто возникают и в отношениях с доверителем. Юлия Комиссарова призывает максимально конкретизировать и прописывать в соглашении объем действий, которые предстоит осуществить адвокату, чтобы не ввести клиента в заблуждение. Наряду с этим Денис Погуляев рекомендует заключать договоры с доверителями только будучи однозначно уверенным, что перегрузки адвоката не произойдет, и новое дело не помешает ведению других.

Сергей Копейкин: «Опытный адвокат заинтересован в том, чтобы воспитать последователей и передать им знания»

Серьезными недочетами специалисты считают и недобросовестный подход к процессуальным нормам и документам. Нужно следить за течением сроков исковой давности и в целом предельно внимательно относиться к процессуальным срокам, ведь их пропуск влечет отказ в удовлетворении требований. Следует ответственно подходить и к процессуальным документам, они должны быть краткими, четкими и простыми. «Судьи третейских (и, думаю, всех иных судов) очень не любят процессуальные документы на нескольких десятках страниц. Ваши требования должны быть ясны, понятны и обоснованы. В этом случае у вас есть все шансы на успех», – поделилась секретом Юлия Вербицкая. В числе ошибок профессионалы-практики также называют назначение экспертизы и постановку вопросов экспертам без предварительных консультаций со специалистом.

Можно предположить, что значительное число перечисленных ошибок молодой адвокат сможет избежать, если он будет действовать под руководством опытного наставника. Большинство экспертов, ответивших на вопросы портала ГАРАНТ.РУ, отмечают, что наставничество в адвокатской среде распространено, некоторые даже называют это достойной традицией. Подобный подход взаимовыгоден – начинающие специалисты растут и развиваются в выбранной профессии, а состоявшиеся адвокаты воспитывают своих последователей. В то же время в отдельных адвокатских образованиях в наставничестве могут отказать, если есть опасения, что адвокат, на которого потратили время и силы, перейдет в другое профессиональное образование и станет конкурентом для своих учителей. То есть в конечном итоге наличие или отсутствие практики наставничества зависит от конкретной адвокатской коллегии или бюро.

Трудности профессии

Выбирая путь адвоката, начинающему специалисту нужно отдавать себе отчет в том, что практически сразу ему придется столкнуться с тяжелой интеллектуальной работой. Самыми сложными направлениями практической юриспруденции Сергей Копейкин считает хозяйственно-финансовое, строительное и земельное право. Эти области, по его оценке, постоянно развиваются, поскольку любые трансформации в экономике влекут за собой изменения в праве. По тому же принципу Анастасия Расторгуева отнесла к самым трудоемким направлениям налоговое право, отметив, что оно «меняется со скоростью света». А Елена Бойцова лучше посоветует хорошего специалиста по международному праву, чем самостоятельно начнет вникать во все нюансы данной отрасли. В то же время, по мнению специалистов, и в сложных делах можно при желании найти положительные стороны – они заставляют думать и профессионально развиваться.

Юлия Комиссарова: «Юридически сложные дела интересные, так как они заставляют думать и развиваться»

Для адвоката неизбежны и тяжелые эмоциональные переживания. Как отмечают практики, в уголовных делах, в которых есть риск, что подзащитного приговорят к реальному лишению свободы, в делах о лишении родительских прав и определении порядка общения с детьми происходит погружение в судьбы людей. «Мне было бы морально тяжело защищать водителя, сбившего насмерть или причинившего тяжкий вред здоровью пешехода, особенно ребенка, женщины или пожилого человека. В этом случае лично я бы попробовала договориться о компенсации, если это будет возможно в рамках данного дела, то есть максимально уменьшить вред, причиненный моим подзащитным», – поделилась Юлия Вербицкая.

Однако несмотря на трудности, молодые адвокаты редко разочаровываются в профессии до такой степени, чтобы из нее уйти – так считают многие представители сообщества. Как правило, еще до получения статуса будущие специалисты знают, чего ждать на выбранном пути. Но уйти из адвокатуры отдельные юристы могут не из-за разочарования, а по другим причинам. Например, если специалист так и не научился находить доверителей и не смог выбрать адвокатское образование, которое обеспечивало бы загрузку и, следовательно, поступление денег, считает Денис Погуляев. Но, как отметили практики, тот, кто решил покинуть адвокатуру, свободен в выборе дальнейшего пути, ведь все зависит от его желания и настойчивости. Уже состоявшиеся профессионалы могут занять должности чиновников или руководителей компаний, и кроме того, юристам всегда открыто направление консалтинга.

Вознаграждение за труд и собственная практика

Поскольку адвокатский труд требует высокой квалификации, а также больших временных и эмоциональных затрат, неизбежно встает вопрос об его оплате. Кстати, размер вознаграждения и условия его выплаты относятся к существенным условиям соглашения об оказании юридической помощи (подп. 3 п. 4 ст. 25 закона об адвокатуре).

Анастасия Расторгуева: «Существующий закон об адвокатуре не отражает реального положения дел»

Представляется, что причитающуюся адвокату сумму ему нужно определять, исходя из адекватной оценки своего профессионализма. И необязательно при этом, чтобы молодой адвокат получал мало. Напротив, обратила внимание Елена Бойцова, «дешевый» специалист вызывает обоснованное сомнение – почему он так мало берет? Если профессионал уверен в своих знаниях и силах – он может называть высокий гонорар, полагает Сергей Копейкин. Однако и здесь следует проявлять известную сдержанность. Практикующие юристы советуют учитывать средние цены по рынку, а также исходить из общих расценок адвокатского образования, в котором работает специалист.

Впрочем, последний фактор не нужно учитывать адвокату, который открыл собственную практику и уже не зависит от коллегии или бюро. Вероятно, он может считать себя профессионалом и просить соответствующий гонорар, поскольку в настоящее время учредить адвокатский кабинет, чтобы вести самостоятельную деятельность, вправе только гражданин, имеющий стаж адвокатской деятельности не менее пяти лет (п. 1 ст. 21 закона об адвокатуре). Это положение появилось в законодательстве сравнительно недавно, менее года назад – изменения вступили в силу с 13 июня 2016 года (п. 6 ст. 2 Федерального закона от 2 июня 2016 г.. № 160-ФЗ «О внесении изменений в статьи 5.39 и 13.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и Федеральный закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»).

К слову, данную норму не все адвокаты считают удачной. Денис Погуляев отметил, что она несправедлива для состоявшихся юристов с большим опытом, которые решили получить статус адвоката. Они не смогут сразу после этого стать учредителями кабинета или коллегии, так как им придется ждать пять лет, зарабатывая необходимый стаж. Более справедливым, по мнению эксперта, был бы дифференцированный подход, учитывающий продолжительность профессионального опыта. А Юлия Вербицкая, напротив, полагает, что наличие обязательного пятилетнего стажа – это правильная мера в отношении молодых адвокатов. Данный период она назвала оптимальным для получения опыта и создания собственной клиентской базы.

Что интересно, не все профессионалы считают необходимым открывать собственную практику. Так, Анастасия Расторгуева рассказала, что большинство ее успешных коллег-адвокатов являются членами коллегий или бюро. Данные формы адвокатских образований, по ее оценке, дают большее преимущество, поскольку всегда можно посоветоваться с коллегами или вести дело сообща. К тому же, самостоятельность влечет за собой и риски – не исключено, что первоначальная клиентская база не обеспечит достаточный доход. В этом случае эксперты рекомендуют заранее предвидеть такую ситуацию и создать финансовый резерв на первое время.

Реформирование адвокатуры

По мнению некоторых адвокатов, действующее законодательство, которое касается адвокатуры, необходимо скорректировать. В качестве одного из направлений предлагаемых ими изменений можно выделить регулирование рынка юридических услуг. Отдельные эксперты считают, что все юристы должны получать некий «допуск к профессии». Сегодня большинство специалистов не обязаны сдавать никаких квалификационных экзаменов, но в то же время могут выступать в качестве представителя в суде. Но чтобы стать адвокатом, нужно пройти испытание, а в дальнейшем еще и следовать закону об адвокатуре и Кодексу профессиональной этики. По оценке Дениса Погуляева, такое положение вещей создает дисбаланс в сфере юридических услуг.

Некоторые профессионалы предлагают повысить требования еще и к адвокатам. Так, Сергей Копейкин считает, что отбор в адвокатское сообщество должен стать более жестким и в профессиональном плане, и с точки зрения личных качеств будущего специалиста.

Определенные претензии есть у практиков к форме адвокатских образований. Сегодня адвокатские бюро, коллегии и юридические консультации считаются некоммерческими организациями (п. 1-2 ст. 123.16-2 Гражданского кодекса). Анастасия Расторгуева отмечает, что в связи с этим у партнеров нет желания вкладываться, например, в офис или иное имущество фирмы, так как оно останется в самой организации. Адвокат рассказала, что по этой причине некоторым крупным адвокатским фирмам приходится открывать коммерческую структуру с тем же названием. По оценке других экспертов, для решения подобных проблем нужно создать форму адвокатской деятельности, схожую с коммерческими организациями. В том числе это позволило бы совершать сделки с ее долями.

***

Начинающему адвокату придется столкнуться со множеством трудностей. Но если он уверен в выбранном пути, готов упорно работать и добросовестно выполнять свои обязательства, чтить закон и Кодекс профессиональной этики, он несомненно станет достойным членом адвокатского сообщества.

Стоит ли быть адвокатом – плюсы и минусы этой профессии

Выбирая для изучения юридическое направление, многие абитуриенты мечтают о головокружительной карьере. Причем, практически все такие студенты хотят стать адвокатом. Тем не менее, многие из них знают об этой профессии лишь с экранов телевизоров.

Так стоит ли быть адвокатом вообще? Ответить на этот вопрос однозначно довольно непросто, поскольку у подобной профессии имеются как определенные плюсы, так и явные минусы. Впрочем, давайте рассмотрим все по отдельности.

Минусы профессии адвоката.

Современные телешоу регулярно пестрят заголовками о различных ярких делах. Поэтому в последнее время одним из существенных плюсов профессии адвоката стала возможность сниматься в различных проектах. Это очень заманчиво, ведь создается ощущение, что никому неизвестный юрист внезапно становится признанным экспертом адвокатуры, слова которого буквально разлетаются на цитаты. Однако на практике похвастаться таким результатом может один адвокат из тысячи.

Но если желание защищать тех людей, кто в этом нуждается, заложено у вас в крови, то вы можете попробовать реализовать свою мечту. Для этого достаточно лишь:

  • Получить соответствующее образование.
  • Сдать экзамен.
  • Начать практиковать.

Однако, все так просто лишь в теории. На практике все гораздо труднее. Например, получив высшее юридическое образование, вы не сможете устроиться адвокатом, а можете стать лишь его помощником. Поэтому стоит подготовить себя к тому, что сразу же после получения образования, вам придется отработать в правоохранительной системе как минимум два года, выполняя поручения в качестве помощника или ассистента практикующего адвоката.

Задумываясь над тем, выгодно ли быть адвокатом, стоит понимать, что подобные должности оплачиваются довольно скромно, и заработать денег за эти два года вам не удастся. К слову, работать по юридической специальности после получения высшего образования можно будет и в одном из учебных заведений в качестве преподавателя, что поможет несколько улучшить финансовое положение. Тем не менее, поступают так довольно немногие ассистенты — спустя 2 года работы будущему защитнику придется сдавать экзамены, к которым довольно трудно подготовиться.

Экзамен, проверяющий ваше знание законов и норм законодательства, и оценивающий ваши ораторские качества, достаточно сложен. Именно поэтому с первого раза сдают его далеко не все.

Если сдать экзамен не удалось, не стоит сильно расстраиваться – его можно пересдать.

К счастью, адвокатский статус присваивается соискателю один раз, и действует всю жизнь, поэтому в случае успешного его прохождения, подтверждать свои знания повторным экзаменом вам больше не придется.

Другие минусы профессии адвоката.

Но стоит отметить, что минусы профессии адвоката вовсе не ограничиваются недостатками, перечисленными нами выше. К удивлению человека, ответившего утвердительно на вопрос, стоит ли становиться адвокатом, и получившего соответствующую лицензию, обнаруживается, что прошедших этот довольно нелегкий путь людей очень много, а вот число клиентов, нуждающихся в надежной правовой защите весьма невелико. Таким образом, первые года самостоятельной практики начинающему адвокату придется зарабатывать себе имя, которое впоследствии будет работать на него. Поэтому в первые годы работы невысокие доходы – это лучшее, на что можно рассчитывать.

Стоит отметить, что если вы:

  • отличаетесь харизмой.
  • владеете методикой убеждения.
  • готовы защищать каждого человека, независимо от его убеждений.
  • болеете за любимое дело.

То можете не волноваться – недостатки из данного раздела будут сведены к минимуму. Но если подобных качеств вы не можете обнаружить в себе, то возможно, вам стоить выбрать другое направление профессиональной деятельности.

Плюсы профессии адвоката.

Хотя у профессии адвоката есть множество довольно серьезных недостатков, перечисленных нами выше, ежегодно тысячи претендентов становятся обладателями долгожданной лицензии, получая право на то, чтобы выступать защитником истца или ответчика в суде. Хотя все и кажется достаточно непростым на первый взгляд, со временем адвокат обычно обнаруживает тысячи плюсов, которые позволяют ему убедиться в том, что довольно непростой путь был пройден не зря. Как показывает практика, обычно такой период начинается спустя 5 лет после получения лицензии и начала работы по специальности.

После того, как молодой адвокат:

  • Накопит практический опыт.
  • Научится правильно представлять интересы истца или ответчика в суде.
  • Сформирует множество положительных отзывов.

Он начнет получать от работы истинное удовольствие. Так, после этого адвокат сможет не хвататься за любую работу, а самостоятельно выбирать, за какие из имеющихся дел ему браться, а за какие нет. Таким образом, плюсов работы адвокатом довольно много, хотя они и отсрочены во времени. Более того, данная профессия подобна снежному кому, ведь доход и престиж работы будет увеличиваться с каждым годом.

Определяя, хорошо ли быть адвокатом, стоит не забывать о том, что профессия полностью лишена гендерных признаков. Поэтому претендовать на место под солнцем может не только мужчина, но и женщина. А значит, никаких препятствий к тому, чтобы стать адвокатом, у вас нет.

Также не стоит забывать и о том преимуществе, что, зачастую, всего одно дело может кардинально изменить всю жизнь защитника. Широко освещенный в прессе процесс может положительно сказаться на известности адвоката, а положительный исход дела повысит его узнаваемость.

Таким образом, профессия адвоката может принести не только деньги, но и славу, что является особенным преимуществом для тех людей, кто в этой самой славе нуждается. Поэтому главное успешно пройти обучение на адвоката, сдать экзамен и стать специалистом в этом непростом деле путем практики. Остальное – это дело времени. Поэтому, если вы решили стать адвокатом, приготовитесь ждать – преимущества данной профессии становятся очевидными не сразу, а лишь через определенное время.

8 главных ошибок адвоката, начинающего вести уголовные дела

Чуть более месяца назад мы задали представителям адвокатского сообщества вопрос: «Какие ошибки вы допускали в начале своей адвокатской карьеры и как их исправляли?». Благодаря полученным ответам, нам удалось собрать и обобщить сведения, которые, думается, будут полезны не только начинающим защитникам по уголовным делам, но и опытным адвокатам (смотрите диаграмму ниже).

Разумеется, многим профессионалам перечень представленных ошибок может показаться неполным, а кто-то скажет, что до сих пор встречает указные ошибки у своих коллег — далеко не новичков. Правы, видимо, будут и те, и другие. Однако этим исследованием журнал только начинает путь к более детальному изучению практики работы всех участников уголовного процесса.

Собранная информация позволила условно поделить «ошибки адвокатов» на три группы. К первой отнесены так называемые «профессиональные» ошибки. Несмотря на название, выделенные в эту группу промахи в работе во многом не связаны с непосредственным знанием закона и навыками его применения. Ведь чтобы описать хотя бы часть из тех, что встречаются на практике, вряд ли хватило бы даже объема одной книги. Сюда скорее отнесены организационные и тактические ошибки, которые совершают защитники в начале карьеры.

Во вторую группу включены «психологические» ошибки. Здесь обозначены недостатки, которые, наверное, в первую очередь допускают еще вчерашние студенты вузов или любые другие специалисты юриспруденции, мало знакомые с особенностями работы с подзащитными.

Последнюю, третью, группу образует ошибка, которая присуща адвокатам, пришедшим в профессию из правоохранительных органов. Эту группу было решено выделить по той простой причине, что хотя львиная доля адвокатов имеет опыт работы в следственных органах и (или) прокуратуре и т. д., но, как показали отзывы, нередко ее допускает. Конечно, нельзя сказать, что защитники, еще вчера собиравшие доказательства для обвинения или поддерживавшие обвинение в суде, допускают только ту ошибку, которая названа в этой группе. Как показал опрос адвокатов, несмотря на свой опыт многие бывшие оперативные работники, следователи или прокуроры сталкиваются с теми же сложностями, что и остальные и (или) открывают для себя «новые стороны» в уголовном процессе.

ДИАГРАММА

Распространенные ошибки начинающих адвокатов по уголовным делам

Название ошибки

В процентах

В цифрах (значение указывается в скобках рядом с процентами)

Попытка вести большое количество дел

Убеждение в справедливом решении дела судом

«Соглашательство» со следователем

Неправильная оценка объемов работы

Излишне тщательное обжалование каждого недочета следствия

Чрезмерное доверие подзащитному

Эмоциональное отношение к делу

Излишняя уверенность в своих знаниях и опыте

Профессиональные ошибки

Ошибка 1: попытка ведения большого количества дел

Наверное, главный вопрос, которым задается большинство адвокатов в начале карьеры (а часто и на протяжении многих лет практики), связан с источником работы, а именно — с уголовными делами, обращениями доверителей. Ведь помощь подзащитным — основной источник дохода адвоката. В этом смысле риск адвоката сродни риску предпринимателя: адвокату никто не дает работу и не платит зарплату, он находит работу сам и, соответственно, зарабатывает средства к существованию тоже самостоятельно.

Из-за страха остаться без работы или желания заработать как можно больше денег у начинающих защитников велик соблазн взяться за как можно бóльшее количество дел. Однако чаще всего это приводит к обратному эффекту. Защитнику не удается уделить достаточно времени изучению дела, подготовке документов по нему и даже элементарно находиться в разных местах (судах, СИЗО и т. д.) одновременно. Все эти и другие факторы могут привести к нежелательному для доверителя результату по делу, а далее — к потере адвокатом репутации, за которой неминуемо последует отказ от его услуг.

Рекомендации из серии «не берите на себя слишком много дел», «правильно оцените и распределите время» — не совсем те советы, которые, очевидно, хотели бы услышать начинающие адвокаты. Думается, что два основных вопроса связаны с тем, как организовать поиск и получение достаточного объема работы и психологически преодолеть при этом боязнь остаться без заработка.

Как показывает практика, чтобы обрести «холодную голову» и избавиться от стресса, необходимо найти психологическую поддержку.

Кроме того, важно заранее позаботиться о будущем месте работы: найти адвокатское образование, которое на первых порах могло бы «снабжать» делами, в том числе такими, в которых защитник участвует по назначению государства. Кроме того, практику лучше начать с участия в не слишком сложных делах, если о простоте в уголовном процессе вообще можно говорить.

Чтобы не потерять опыт и знания, решил заняться адвокатской практикой

Сергей Анатольевич Дорогокупец, адвокат Московской коллегии адвокатов «Единство»

До того, как стать адвокатом, я долгое время был штатным юристом в организации, а затем соучредителем юридической компании. Но, став управляющим юридической компании, я в какой-то момент понял, что работаю не юристом, а просто администратором и, значит, теряю опыт и знания. Именно тогда у меня возникла мысль: уйти из компании и заняться адвокатской практикой. Принятие этого решения далось мне нелегко, одолевали сомнения: смогу ли я найти достаточно клиентов, чтобы обеспечить семью?

Именно в этот момент я нашел поддержку в семье и понимание того, какой минимальный доход позволит нам жить достойно. Это помогло на начальном этапе преодолеть стресс и разумно подойти к выбору дел и оценке своих сил.

Ошибка 2: убеждение в справедливом решении дела судом

Формулировка этой ошибки, возможно, вызовет гнев у судей, которые тоже являются читателями журнала. Вероятно, в определенной степени этот гнев будет оправдан. Однако мы не могли не выделить эту ошибку. Во-первых, потому что на нее указывали опрошенные нами адвокаты, во-вторых, даже судьи наверняка не смогут отрицать того, что встречались с неправосудными решениями, нарушениями, допускаемыми в уголовном процессе судом, низкой квалификацией коллег.

Если перейти к сути ошибки, можно сказать, что уверенность в тщательном рассмотрении именно «его» (адвоката) дела вполне объяснима. Ведь по сравнению с судом защитник тратит несоизмеримо больше времени, психологических и умственных усилий при работе над делом. Конечно, он надеется на адекватную оценку своих трудов судом. Надежда на суд усиливается, если на этапе предварительного следствия защитник сталкивается с «глухим» саботажем: необоснованными отказами в ходатайствах и приобщении к делу доказательств, представленных защитой, с невозможностью нормально участвовать процессе и т. д. Но если и судья изначально будет более благосклонен к обвинению (вспомните процент оправдательных приговоров!), разочарование защитника наступает неминуемо.

Кроме того, начинающему адвокату нужно помнить, что для судьи конкретное дело не является единственным, и к данному процессу он относится так же (скрупулезно либо поверхностно), как и к сотням других. Наконец, из-за большой нагрузки, большого количества дел, судья может просто физически не успеть вникнуть в каждую деталь дела.

Процессуальным оппонентом защитника зачастую становится суд

Андрей Борисович Суховеев, адвокат коллегии адвокатов «Цитадель» (г. Кемерово)

Одной из моих ошибок в начале работы адвокатом, даже несмотря на опыт работы в правоохранительных органах, было ожидание от судей соблюдения закона. На деле судьи регулярно нарушали, например, установленные процессуальным законом сроки. При этом никаких последствий для них, как правило, не наступало. Чтобы избежать излишних пустых надежд, я стал фиксировать все свои заявления, ходатайства, речи в прениях и т. д. на бумаге и приобщать их к делу любой ценой, получая отметки на копиях.

Далее было наивное представление о равенстве сторон в уголовном процессе. Я думал, что мне придется состязаться только с обвинителем, а не с судом и обвинителем. Поначалу меня удивляло, что судья советуется в своем кабинете с прокурором о том, как лучше найти ответ на доводы защиты.

Еще одной ошибкой было то, что я считал, что судьи, в том числе Верховного Суда РФ, связаны позицией, изложенной по конкретным вопросам в постановлениях Пленума ВС РФ. На деле доходило до того, что мои ссылки на постановления Пленума просто игнорировались. Признаться, такое положение дел оставляло чувство, что адвокат в юриспруденции «партизан на оккупированной противником территории». Чтобы исправить эту ошибку и перестать разочаровываться, я просто прекратил «жалеть» правоохранителей и стал подавать жалобы на все их действия и недостатки. Но, разумеется, каждый раз только на те, которые они не могли устранить на конкретной стадии уголовного процесса.

Ошибка 3: соглашательство» со следствием

Неуверенность в своих силах присуща новичку в любой профессии, а адвокату вдвойне, ведь ему часто приходится оставаться один на один с государственной «машиной». В этой ситуации начинающий адвокат может поддаться на уговоры следователя поскорее решить пустяковое дело невзирая на «небольшие» нарушения уголовно-процессуального закона, уговорить подзащитного признать вину и согласиться на особый порядок рассмотрения дела судом и т. д. Взамен следователь может пообещать, что будет привлекать адвоката к защите подозреваемых и обвиняемых по делам, которые находятся в его производстве. Пойдя на такие уговоры, «соглашательство», налаживание «нужных связей», защитник сильно рискует не только репутацией, но доверием и уважением коллег.

Чтобы преодолеть страх и неуверенность в себе, можно обратиться к коллегам, которые в свое время тоже начинали работать «с нуля». Главное помнить, что любая дорога начинается с первого шага, а профессия адвоката в любом случае требует смелости, а иногда и мужества.

Адвокат не должен бездумно доверять словам следователя

Демченко Василий Васильевич, адвокат Краснодарской краевой коллегии адвокатов

Одна из самых больших сложностей для начинающего адвоката — это неуверенность в себе, страх перед следователем, который может быть, например, старше по возрасту. Многие теряются и идут на поводу у следствия, не применяя тех теоретических знаний, которые имеют. Мой опыт работы показывает, что,большинство следователей не следит за изменениями в законодательстве и, как правило, знает о них только из уст своих начальников. А такие понятия как судебная практика, постановления Пленума Верховного Суда РФ часто для них вообще неведомы. Но некоторые начинающие адвокаты верят следователям в обмен на обещание «давать дела».

Следователь действительно может уговорить подозреваемого взять того адвоката, которого он посоветует. В результате адвокат может подписать документы, составленные следователем, без каких либо возражений. Несомненно, что профессиональная жизнь таких адвокатов недолгая, примерно один — два года. Затем адвокат теряет тех клиентов, которые у него были, и о нем быстро распространяется молва как о «карманном», «ментовском» адвокате. Тогда уже и следователю становится сложно уговорить очередного задержанного воспользоваться услугами именно такого защитника. В подобных случаях следователь быстро находит других защитников или «новых временных» адвокатов, пока еще неизвестных. В этой ситуации самое главное не принимать слова следователя или оперативного работника за чистую правду, а опираться только на документы.

Практика знает достаточно случаев, когда следователь обещает адвокату отпустить подзащитного под подписку о невыезде, если адвокат уговорит его сознаться в совершенном преступлении. Защитник, окрыленный своим достижением, делает то, что нужно следствию, но в итоге подзащитный остается в местах лишения свободы или берется под стражу. При этом следователь всегда может оправдаться тем, что выпустить до суда задержанного ему в последний момент не позволило начальство или возражал прокурор.

Ошибка 4: неправильная оценка объемов работы

Отнести эту ошибку к промахам начинающего адвоката, наверное, можно в меньшей степени, чем приведенные выше. Ведь чтобы адекватно оценить объем предстоящей работы, нужно не только иметь колоссальный опыт, но и обладать полной информацией, имеющей отношение к делу. Неправильная оценка объемов работы автоматические означает дополнительные трудозатраты и возможные споры с доверителем по поводу оплаты услуг защитника.

Чтобы не попасть в конфликтную ситуацию, адвокаты советуют заранее предусматривать возможные проблемы и компенсацию незапланированного объема работы.

Например, отражать увеличение стоимости услуг адвоката в случае увеличения объема обвинения и продления срока следствия на срок свыше двух месяцев. Оговаривать объем работы по одному уголовному делу исходя из принципа «одно дело — один обвиняемый — один эпизод». Не секрет, что дело может расследоваться год и более, а число обвиняемых от начала к концу следствия может увеличиться в разы.

Ошибка 5: излишне тщательное обжалование каждого нарушения следствия

Эту ошибку можно назвать своего рода и продолжением, и антиподом ошибки № 2. Даже среди опытных адвокатов можно встретить ошибочное мнение, что «все дело можно лучше всего решить суде», не обжалуя действий правоохранительных органов на этапе предварительного следствия, не указывая им на недостатки и нарушения в доказательной базе, чтобы они не могли их исправить и снова приобщить к делу. Однако все дело в том, что это правило действует далеко не всегда. Искусство адвоката заключается и в том, чтобы выбирать для каждого обжалования огрехов обвинения свое время и место.

Для обжалования следует ждать подходящего момента

Луценко Виктор Михайлович, адвокат коллегии адвокатов Хабаровского края «Дальневосточная»

Моя первая ошибка заключалась в том, что я как только обнаруживал нарушение закона со стороны следствия, сразу же обжаловал в суд. На каком-то этапе процесс начинал складываться в пользу защиты, но толку было мало: вместе с прокуратурой следствие только устраняло свои ошибки и оправляло дело в суд заново.

Был случай, когда по одному делу суд дважды признавал незаконным возбуждение самого уголовного дела. Заместитель прокурор края отменил (явно незаконно, так как нужно было прекращать дела, в которых уже было по два — три тома процессуальных действий) все постановления о возбуждении дел и возбудил третье дело, к которому в качестве вещественных доказательств приобщил пять томов прекращенных дел. Хотя в итоге это дело также было прекращено, но весь процесс продлился почти три года.

Из подобного опыта я сделал вывод, что не нужно подавать жалобы на действия следователя, если их итогом будет только устранение ошибок в обвинительном заключении. Все ошибки следствия лучше собирать и ждать суда.

На суде также не стоит сразу озвучивать все нарушения следствия, лучше ждать подходящего момента. Благодаря грамотной работе с представлением нарушений суд может признать доказательство недопустимым, а если оно ключевое и невосполнимое, суд прекращает дело или возвращает его обвинению или следствию, которому ничего не остается, как «без лишнего шума» прекратить дело.

Психологические ошибки

Ошибка 6: чрезмерное доверие подзащитному

В силу специфики работы адвокату по уголовным делам приходиться иметь дело с конкретными людьми, их болью. Наверное, нельзя представить себе порядочного адвоката, как, например, врача, который не проникался бы переживаниями обратившегося за помощью человека. Тем не менее, с опытом к защитнику приходит понимание того, что слова любого, даже самого честного на вид и беззащитного доверителя, необходимо проверять и анализировать, не допускать слишком личного отношения к делу, не давать волю эмоциям и уж тем более не идти на поводу у подзащитного.

Депутатский запрос по делу может навредить защите

Сергей Александрович Соловьев, адвокат, директор Московской коллегии адвокатов «Сословие»

В начале адвокатской карьеры со мной произошел случай, который прочно укрепил меня во мнении, что не стоит идти навстречу всем желаниям и просьбам доверителя.

Я выступал защитником по уголовному делу, возбужденному по ст. 164 «Хищение предметов, имеющих особую ценность» УК РФ. Изучение материалов дела дало основания для подачи жалобы в органы прокуратуры, что я и сделал, придя на личный прием к заместителю прокурора одного из районов Москвы. Изучив мою жалобу, он сказал, что изложенные в ней доводы настолько серьезны, что если они будут подтверждены при изучении уголовного дела, то он не допустит направления этого дела в суд. Надо отметить, что обратился я в прокуратуру уже на стадии ознакомления с материалами уголовного дела в порядке ст. 217 УПК РФ.

Я доложил о ситуации своему доверителю, который, в свою очередь, предложил мне подключить к решению вопроса одного из знакомых депутатов Госдумы с той целью, чтобы подготовленный им депутатский запрос «усилил» позицию защиты по делу. Я согласился на предложенный доверителем шаг и оформил обращение в Госдуму. В правоохранительные органы в скором времени был выслан соответствующий запрос.

Однако данный запрос попал в прокуратуру города Москвы. Там никаких нарушений закона в расследовании нашего уголовного дела не обнаружили, о чем и дали ответ депутату.

Тогда я обратился заместителю прокурора района, которыйобещал не допустить направления этого дела в суд, но тот в ответ сказал, что вышестоящая прокуратура на депутатский запрос по нашему делу дала ответ о законности расследования этого дела и вынесенных по нему процессуальных решений, поэтому он ничего поделать не может. Выступать против вышестоящей организации с отличным мнением у него нет ни возможности, ни желания.

Ошибка 7: эмоциональное отношение к делу

Эта ошибка аналогична обозначенной выше, с той лишь разницей, что эмоции и переживания адвоката, как правило, не связаны с доверителем, а вызваны вопиющими нарушениями закона со стороны следствия и обвинения, а также попытками адвоката обозначить свое превосходство над обвинением, вступить в некое соперничество с ним и т. п. Подобный подход к делу может не только помешать защитнику адекватно оценить обстоятельства дела и выработать последовательную тактику защиты, но и отрицательно сказаться на взаимоотношениях с представителями обвинения, которые далеко не всегда заслуживают критики.

Эмоции мешают трезво взглянуть на дело

Баховская Мария Михайловна, адвокат адвокатской конторы «Барристер» Межрегиональной коллегии адвокатов г. Москвы

Самой большой ошибкой начинающего адвоката, по моему мнению, является излишнее доверие клиенту и соперничество со следователем, даже когда он допускает нарушения процессуального закона или ведет себя непорядочно.

В моей практике было дело, когда для моего клиента, которого обвиняли в убийстве, я сделала все, что могла, но это не только не привело к положительному результату, но и имело трагичные последствия. 18-летний юноша Алексей Баранов подозревался в убийстве бывшего одноклассника. Из его слов следовало, что убитый, сосед по дому, вместе с еще двумя парнями пришел к нему домой и проиграл деньги одному из пришедших. Так как у убитого денег не было, вспыхнул конфликт, в ходе которого одноклассника убили. Затем парни ушли, пригрозив Алексею, что если он на кого-то из них покажет, то ему будет не лучше, чем его однокласснику.

В процессе следствия у меня появилась некоторая обида на следователя, который, после того как я привела своего подзащитного для явки с повинной, вызвал оперативников и моего подзащитного задержали. Только потом я поняла, то обида была проявлением эмоций, и она явно помешала трезво взглянуть на дело. Путем невероятных усилий, адвокатских уловок, хорошего знания работы местного следствия мне удалось добиться того, что до суда Баранов остался на свободе.

Но когда выездная коллегия облсуда приехала для рассмотрения дела в город, мой подзащитный не появился в суде. В дальнейшем выяснилось, что он ударился в бега. Прошло три года. Мой подзащитный пришел с повинной по другому, двойному, убийству в другом городе. Там он был осужден на 15 лет. Состоялся суд и по «старому» делу, в котором я была привлечена как защитник. По обвинению в убийстве по «старому» делу суд оправдал Баранова, осудив его только за кражу вещей погибшего.

Ошибка 8: бывшие правоохранители излишне уверенны в своих знаниях и опыте

Название этой ошибки говорит само за себя. Большинство следователей или прокуроров уверены, что знают об уголовном процессе все. Но как только они сталкиваются с «другой» реальностью, многие из них начинают понимать, что попустительство нарушениям закона со стороны суда, прокуратуры может играть против них. Понимать, что подзащитный и подозреваемый (обвиняемый) — это не просто разные понятия, но и разный подход к участию в деле, а сбор доказательств адвокатом сталкивается с не в пример большими трудностями, чем та же работа следствия. Ну, и главное: вчерашние коллеги по цеху далеко не всегда рады помочь, потому что их работа оценивается совсем по другим критериям, нежели работа адвоката.

Принадлежность к органам сразу дает в процессе дополнительные баллы

Морохин Иван Николаевич, председатель коллегии адвокатов «Цитадель» (г. Кемерово)

В самом начале адвокатской карьеры я допустил типичную ошибку, распространенную среди адвокатов, «пришедших» из правоохранительных органов. Я наивно полагал, что мои предыдущие достижения в области юриспруденции основывались на моих качествах.

Практика показала, что на самом деле принципиальную роль играет принадлежность к «органам». Именно это в любом судебном процессе сразу дает дополнительные баллы, независимо от степени умственного развития участника. Недаром бывшие судьи и прокуроры, став адвокатами, зачастую демонстрируют на практике весьма посредственные знания.

Личный счётНа что живут адвокаты

The Village продолжает выяснять, как планируют личный бюджет люди разных профессий. В новом выпуске — адвокат. Адвокат может брать оплату по часам, по месяцам или сразу обозначить клиенту фиксированную сумму, которую нужно заплатить за ведение дела. В арбитражном суде существует и «гонорар успеха», который платится в случае выигранного дела. Адвокат московского бюро рассказала о том, как складывается ее зарплата и на что она тратит деньги.

Профессия

Адвокат по уголовным делам

Зарплата

120 000 рублей (в среднем)

10 000 рублей

Еда вне дома

5 000 рублей

Продукты

2 000 рублей

Транспорт

2 000 рублей

Фитнес

8 000 рублей

Уход за собой

20 000 рублей

Одежда

5 000 рублей

Развлечения

68 000 рублей

Накопления, в том числе на путешествия

Как стать адвокатом

Я всегда любила закрученные детективные истории в книгах и фильмах. Видимо, это и вылилось в мою детскую мечту — работать адвокатом и самой участвовать в таких историях. Еще мне нравилась перспектива стать детективом. Но когда я окончила школу, начались колебания из стороны в сторону. Я не знала, куда поступать: на экономический или юридический факультет. Но так как у меня всегда было хорошо с математикой, выбрала все же экономику. Окончила вуз с красным дипломом, поработала в нескольких местах, потом случайно попала на госслужбу. Это было абсолютно не мое: работа скучная, однообразная. При этом интерес к детективам никуда не исчез. Я захотела получить другую специальность, выбрала один из самых известных юридических вузов в Москве и пошла туда на второе высшее.

Вечерку я бы не потянула физически, потому выбрала группу выходного дня. У нас очень мало лекций. Некоторые преподаватели приходили и прямо говорили: «Я уже много лет читаю этот предмет, мне неинтересно». Мне больше нравились преподаватели-практики, которые рассказывали, как все обстоит на самом деле. В тех людях, которые были со мной в группе, я тоже немного разочаровалась. Я думала, что на второе высшее поступают осознанно, но большинство пришли за корочкой для повышения на работе. При этом это были люди, которые уже ходили по судам и иногда сами пытались учить преподавателей.

Гражданское и налоговое право всегда казались и кажутся мне безумно скучными. Где-то на втором курсе юридического вуза я поняла, что хочу специализироваться на уголовном праве, и начала подыскивать работу. Отправляла резюме в разные адвокатские образования на позицию помощника, даже звонила по объявлению в Следственный комитет. Как это часто бывает, мне либо не отвечали, либо отказывали из-за отсутствия опыта. Забавно, что сейчас я знакома со многими из тех людей, которые когда-то не хотели брать меня на работу.

Все это время я оставалась на госслужбе и страдала от бессмысленности работы ради работы. Желание стать адвокатом при этом никуда не ушло. Я заканчивала учиться и приближалась к экзаменам. До этого в моем дипломе были только пятерки, но один госэкзамен из-за волнения я сдала на четыре и лишилась возможности получить красный диплом. Тогда я рыдала в полном смысле слова, а потом набралась смелости, позвонила в компанию, где сейчас работаю, и спросила, нет ли у них вакансий. Так меня позвали на собеседование и взяли стажером адвоката. Говорят, мы что-то теряем, всегда получая что-то взамен.

Чтобы сдать экзамен на статус адвоката, после получения юридического образования нужно еще два года проработать по специальности. За экзамен нужно заплатить целевой взнос, примерно 6–7 тысяч рублей. Первая часть экзамена — компьютерный тест на знание закона об адвокатской деятельности и профессиональной этики. Это несложно — при условии, что ты уже работаешь и знаешь многие аспекты на практике. Если сдаешь первую часть экзамена, через какое-то время тебя ждет вторая — 500 вопросов по конституционному, гражданскому и уголовному праву. Тянешь билет, в нем четыре вопроса. Экзаменаторы — это адвокаты, представители от органов исполнительной и законодательной власти и судьи, всего 13 человек.

Как и на всех экзаменах в институте, я пошла отвечать первая, и никаких проблем не было. Если говоришь быстро и уверенно, валить тебя никто не будет. Вместе со мной на экзамен пришли 10–15 человек, и половина сдала. Конечно, намного легче тем, кто недавно окончил вуз: материал еще не забыт, как не забыто и предэкзаменационное стрессовое состояние. После успешной сдачи нужно принести присягу адвоката, и можно начинать работать.

Особенности работы

Сейчас мне 30 лет, и я уже четыре года работаю в авторитетном адвокатском бюро. В классических адвокатских образованиях есть практика — молодые адвокаты начинают работу под началом наставника. Мне повезло: у меня прекрасный адвокат-патрон. Он учит меня всему, что знает сам, объясняет многие профессиональные и этические моменты.

Очень многие считают, что адвокат должен защищать убийц, маньяков, насильников. На самом деле нет. Адвокат имеет право выбора — защищать в уголовном процессе по назначению следствия или суда любое лицо или написать заявление о том, что он отказывается вести такие дела. За отказ нужно платить ежемесячные отчисления — эти деньги идут на оплату адвокатов по назначению.

Я занимаюсь преступлениями в сфере экономики. Иногда они напоминают математические задачи или ребусы. Если следователь ищет проколы обвиняемого и пытается убедить суд в виновности человека, то я, изучая дела, ищу, какие ошибки были допущены во время следствия, где допущена неправильная трактовка, где приведены слабые доказательства. Как правило, обвиняемые по экономическим статьям — это образованные и весьма неглупые люди. Иногда они сами помогают мне разбираться в тонкостях дела и выстроить линию защиты.

Следователи, которые расследуют дела в сфере экономики, обычно тоже хорошо образованны. У них есть знания в области бухучета, банковского дела, налогового права. Мои коллеги, которые занимаются гражданскими делами, часто удивляются, как я вообще могу иметь дело со следователями. Известно, что они любят пугать обвиняемых и адвокатов, позволяют себе грубить. Пару раз я с подобным сталкивалась, но во всех конфликтных ситуациях стараюсь вести себя подчеркнуто вежливо. Ты можешь поругаться со следователем, написать на него миллион жалоб и уйти домой с чувством выполненного долга, но твой клиент после этого отправится в СИЗО. С молодым адвокатом, а тем более с девушкой, следователи пытаются вести особую психологическую игру, но у меня уже выработался иммунитет. Часто справиться с давлением следствия помогает патрон.

Судя по новостям, в том числе и на специализированных юридических порталах, адвокатов и следователей часто ловят при попытке решить что-то в обход закона. Лично у меня даже мысли не возникает так действовать. Скорее напрягают ситуации, когда могут обратиться через знакомых или просто по телефону, когда люди ищут не адвоката-профессионала, а «решалу». Таким клиентам не нужно, чтобы ты боролся в рамках закона, а нужно, чтобы ты знал прокурора или следователя, «имел выходы». Я сразу предупреждаю потенциальных клиентов, что ничем подобным не занимаюсь. Есть те, кто начинает оправдываться — мол, вы меня не так поняли, — но продолжает задавать вопросы в том же русле. Есть те, кто выдает: «С нас же самих деньги вымогают!» При этом я прекрасно их понимаю: даже самое гениальное ходатайство адвоката может получить отказ по формальному признаку. К сожалению, сама система следствия и суда и общее мнение людей о правоохранительных органах заставляют клиента искать не хорошего адвоката, а выходы на нужных людей.

В суде я тоже выступаю. Первое время, конечно, волновалась. Но чем чаще это делаешь, тем увереннее себя чувствуешь. Есть адвокаты, которые не строят свою речь на скрупулезном разборе дела, они могут взять именно ораторским мастерством. Мне посчастливилось слышать таких людей, и это высший пилотаж.

Когда работаешь адвокатом, то не только разбираешь хитроумные схемы, изучаешь уголовные дела и выступаешь в суде, но и очень много времени тратишь на то, чтобы куда-то поехать, забрать документы, отстоять очередь в канцелярию, дожидаться заседаний суда. Суд практически никогда не начинается вовремя: хорошо, если начнут через 15 минут, а то иногда задержки составляют два-три часа. Я к ожиданию отношусь нормально, иногда даже в нем есть польза. Например, в очереди в канцелярию могут дать полезный совет, в коридоре суда можно тоже встретить коллег, выпить кофе и поговорить.

Как адвокат-криминалист я посещаю клиентов в СИЗО. Главная проблема со следственными изоляторами — это попасть туда, причем сталкиваются с ней как адвокаты, так и следователи. Чтобы зайти в изолятор, нужно приехать в пять утра и занять очередь. Хотя где-то ее занимают еще с вечера. Все СИЗО расположены в промзонах, так что занять очередь и пойти в кафе неподалеку не получится. Недавно в «Матросской тишине» сделали замечательную вещь — запустили электронную очередь. Теперь, чтобы попасть в изолятор на следующий день утром, в 21:00 нужно отловить заветное место. Делается это так: на сайте появляются квадратики, на один из которых нужно очень быстро нажать. Мест всего 15, а желающих намного больше. Иногда сайт зависает, иногда заветный квадратик уходит кому-то другому, но все равно это намного лучше, чем стоять в очереди на улице. Не знаю, почему такую систему не введут в других СИЗО.

На этом очереди не заканчиваются. В СИЗО есть очереди на вход и на выход. Еще можно приехать и пару часов ждать, когда приведут обвиняемого. Иногда, чтобы 20 минут поговорить с клиентом, приходится тратить целый день. Можно и не встретиться с клиентом, если очередь большая или заняты все кабинеты для свиданий. Как и везде, в СИЗО лучше приходится богатым, чем бедным. Обеспеченных людей часто снабжают многими необходимыми вещами, «греют с воли».

Следствие часто предлагает кому-то одному или даже всем подозреваемым по экономическим статьям сделку и признание. За это обещают домашний арест, подписку о невыезде или залог. Обычно после сделки лица со следствием его выпускают из СИЗО. Если кто-то попал в следственный изолятор, это еще не значит, что дальше его ждет только тюрьма. Человек может быть осужден условно, если возместил ущерб. Условный срок могут дать в первой инстанции, но иногда прокуратура обжалует, и получается реальный срок. Но, подчеркиваю, это относится к делам по экономическим статьям. Многие, кто долго находится в следственных изоляторах, хотят быстрее получить приговор и отправиться в колонию. Условия там могут быть даже проще.

Выигранным делом в суде считается не только чистое оправдание. Это еще и переквалификация на более мягкую статью, освобождение от отбывания наказания, выплата штрафа или условное наказание вместо реального срока. И этого удается добиться довольно часто. Когда я представляла интересы потерпевших, мне также удавалось обжаловать приговоры и добиться больших сроков для обвиняемых.

Зарплата

Адвокат заключает с клиентом договор оказания юридической помощи, где обязательно указывается стоимость услуг. Сумму нужно обсуждать до заключения договора. Если клиенту нужна помощь адвоката только во время одного следственного действия, можно договориться об оплате по часам. Помимо этого, бывает оплата за месяц или за весь процесс. В уголовном праве кодекс профессиональной этики запрещает адвокату получать «гонорар успеха» в случае выигранного дела. Но это допускается в гражданском или арбитражном процессе, тогда вознаграждение зависит от цены иска.

Деньги, которые клиент платит по договору, поступают на счет моего адвокатского образования. Из моих гонораров каждый месяц вычитается примерно 1 600 рублей — это фиксированная сумма, которую адвокат платит за то, чтобы не участвовать в делах по назначению. Бухгалтерия платит за меня ежемесячный налог на доходы физических лиц и, кроме того, рассчитывает отчисления на обязательное медицинское страхование и в пенсионный фонд. Еще из гонорара берутся мои отчисления на текущую деятельность бюро. Это аренда офиса, расходные материалы, зарплата сотрудников — бухгалтеров, секретарей, офис-менеджера. Часто отчисления на текущую деятельность снижают для начинающих адвокатов или коллег, недавно вернувшихся из декретного отпуска.

Оставшиеся после всех этих выплат и отчислений деньги я получаю в качестве зарплаты, выходит примерно 120 тысяч рублей в месяц. Это при условии, что у меня сейчас не максимальная загрузка.

Иногда я бесплатно помогаю знакомым в каких-то делах. Есть такая профессиональная шутка: если звонит старый знакомый, который много лет не выходил на связь, сразу спрашивай, какой кодекс брать с собой.

Траты

Большую часть зарплаты я кладу на счет в банке. Предпочитаю большие обстоятельные траты, именно для них нужен этот счет. Я живу с родителями, поэтому освобождена от многих расходов — оплаты съемной квартиры, ежедневной покупки продуктов. Зато могу позволить себе что-то значительное, например поездку в Австралию.

Не могу сказать, что коплю на что-то конкретное. Иногда меня спрашивают, почему у меня еще нет автомобиля. Если честно, передвигаться на метро мне удобнее. Иногда мне нужно оказаться в пяти разных местах в противоположных концах Москвы за день. На машине такое было бы нереально из-за вечных пробок и проблем с парковкой. Я покупаю единый проездной на 90 дней за 5 тысяч рублей. На такси иногда езжу по утрам в СИЗО, но в хорошую погоду стараюсь больше передвигаться пешком. На транспорт в месяц трачу не больше 2 тысяч рублей.

Примерно 10 тысяч рублей уходит на еду вне дома. Это кафе, рестораны, обеды в течение рабочего дня. Сюда же входят 3,5 тысячи рублей, которые мы сдаем на чай, кофе и печенье в офисе. Продукты домой я покупаю не так часто, в месяц уходит порядка 5–10 тысяч рублей.

Я покупаю годовой абонемент в фитнес-клуб — получается, что каждый месяц на фитнес я трачу 2 тысячи рублей. Еще 8 тысяч уходит на массаж, посещения косметолога и косметику.

На одежду и обувь в месяц могу потратить 20–30 тысяч рублей, а могу не потратить ничего. Опять же, работа накладывает свой отпечаток. Я много передвигаюсь пешком — так уже не побегаешь на шпильках. Как бы я ни любила красивые вещи, моя рабочая униформа — джинсы, поло, свитер, а в дни судебных заседаний — брюки, рубашка и пиджак. Обычно ношу кеды, балетки или ботинки на низком каблуке. Опыт обучения в аспирантуре навсегда отучил меня от понтов. Доктора наук и профессора одеваются очень просто, у них совсем другая система координат. Для меня они на несколько ступенек выше тех, кто много зарабатывает и кичится этим с помощью дорогих вещей.

Я предпочитаю проверенные бренды — Ralph Lauren, Tod’s, Burberry, Max Mara, обувь Gucci. Лучше куплю несколько хороших вещей, чем много дешевых и некачественных. При этом в Москве уже давно ничего не беру, почти все заказываю в онлайн-магазинах. Даже с учетом платной доставки и курса рубля часто выходит выгоднее, чем покупать здесь. Еще покупаю одежду во время путешествий.

На развлечения в месяц трачу около 5 тысяч рублей. Сюда входят билеты в театры, на выставки, покупка книг. Я люблю оперу и балет, но билеты в Большой по 15 тысяч рублей — это слишком дорого. Могу позволить себе такой билет, но считаю это необоснованной переплатой. Не могу сказать, что посещаю все выставки, могу пойти только на что-то значимое. Мне интереснее сходить в любимый Пушкинский музей на импрессионистов или в музеи Кремля. Там не бывает таких очередей, как на разрекламированных выставках. Книги беру недорогие, в формате «покетбук». Их легче носить с собой. Все так же люблю качественные детективы.

Деньги, отложенные на счету, я трачу на поездки — лучшее антистрессовое средство при моей работе. Путешествую я три-четыре раза в год. Из последнего была в США, Юго-Восточной Азии, на Кубе и в Италии. Моя работа, безусловно, изматывает психологически. Можно не отдавать себе в этом отчет, но вокруг изо дня в день все равно будут решетки, охрана, собаки, наручники. Помню свой первый процесс — он был невероятно долгим и сложным. Под конец мне даже снилось, что я сама попала за решетку. От такого отлично спасают поездки в красивые места. На это тратится довольно много денег. Я не могу по-студенчески ездить с рюкзаком и останавливаться в хостелах — все-таки мне нужен комфорт. При этом я не говорю, что готова жить только в пятизвездочных отелях с деликатесами на завтрак. Иногда и простая «трешка», где на ресепшене работает сам хозяин, уютнее люксового отеля.

Рубрики: Статьи

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *