7 невероятных пограничных казусов современного мира


Необычные пограничные казусы современного мира

Парадоксально, в современном мире становится все больше государств, но все меньше границ – пример Шенгенской зоны позитивно повлиял и на другие регионы планеты. Однако все-таки большинство стран стараются максимально бдительно охранять свои рубежи, даже если они начертаны очень и очень странно. В этом обзоре мы собрали 7 примеров самых невероятных современных пограничных казусов из разных уголков мира.

Парад анклавов и эксклавов на границе Бельгии и Нидерландов

Если присмотреться внимательно к определенному участку границы между Бельгией и Нидерландами, можно увидеть нечто похожее на шахматную доску. Речь идет о городке с названием Баарле, который формально разделен границей на две части: собственно, бельгийскую и нидерландскую.


Карта города Баарле на границе Бельгии и Нидерландов

Вернее, это только номинально там две части. Реально же бельгийская часть поселка представляет собой 22 эксклава, полностью окруженных территорией Нидерландов. При этом внутри некоторых из них есть также голландские эксклавы (всего 8 штук, из которых 7 – обитаемые). Этот пограничный калейдоскоп обусловлен многовековой историей земляных сделок между местными феодалами, а современные межи были окончательно закреплены в 1843 году.

Граница в городе Баарле на границе Бельгии и Нидерландов

Граница в Баарле проходит через улицы и даже дома. Чтобы определить, какое здание к какому государству формально относится, было принято решение ориентироваться на входные двери.

Граница в городе Баарле на границе Бельгии и Нидерландов

Правда, сейчас эта граница существует разве что на бумаге. Шенгенское соглашение полностью стерло ее в физическом смысле. Осталась лишь разметка на проезжей части и тротуарах, которая привлекает в Баарле туристов со всего мира. Местные же жители существование границы никак не ощущают.

Льивия – испанский эксклав на французской территории

Схожая ситуация, правда, в куда меньших масштабах существует и на границе Франции и Испании, где находятся испанский городок Льивия, полностью окруженный французской территорией.


Льивия – испанский эксклав на французской территории

Его существование связано с дипломатическим казусом 1659 года. Договор, определявший границу между странами, предполагал передачу Франции именно «деревень». А Льивия, несмотря на свои малые размеры, имел исторический статус «города». Так этот населенный пункт остался в составе Испании, хотя и находится в нескольких сотнях метров от ее границы.

Льивия – испанский эксклав на французской территории

Кстати, такое расположение привело к новому казусу уже в 1939 году. Войска франкистов во время Гражданской войны не смогли занять Льивию, так как для этого нужно было пройти по территории Франции. Так что некоторое время в этом населенном пункте в отличие от всей остальной Испании, продолжали руководить республиканские институты власти.

Анклавы Куч-Бихара на границе Индии и Бангладеш

Жителям Индии и Бангладеш описанные выше европейские пограничные казусы кажутся смешными. Подумаешь, 22 бельгийских эксклава на территории Нидерландов! Ведь между этими странами вообще забора нет, чем не могут похвастаться упомянутые азиатские государства.


Анклавы Куч-Бихара на границе Индии и Бангладеш

Анклавы Куч-Бихара – это комплекс из 106 эксклавов, 92 из которых принадлежит государству Бандгладеш. Ситуацию усложняет наличие внутри этих ограниченных границами кусочков земли индийских территорий, а в тех – территорий Бангладеш. Если город Баарле с высоты птичьего полета благодаря границе выглядит шахматной доской, то Куч-Бихара – это, скорее, матрешка. При этом самый маленький эксклав имеет площадь всего 53 метра.

Анклавы Куч-Бихара на границе Индии и Бангладеш

Особую сложность доставляет тот факт, что это настоящая границу между достаточно недружественными по отношению друг к другу государствами. А потому эти эксклавы отделены от окружающей территории заборами с колючей проволокой и пропускными пунктами.

Анклавы Куч-Бихара на границе Индии и Бангладеш

Появление анклавов Куч-Бихара обусловлено все той же феодальной раздробленностью былых столетий, которую так и не смогла победить современная дипломатия и бюрократия.

Граница посреди Старого Города в Никосии

В мире есть немало городов и мелких населенных пунктов, разделенных границами. Был таковым и Берлин, но в 1989 году стена между Западной и Восточной его частями пала, нация объединилась. Но в Европе до сих пор существует столица, по центру которой проходит граница. И даже не граница, а настоящая линия боевого соприкосновения враждующих сторон.


Граница посреди Старого Города в Никосии

Речь идет о Никосии, столице Республики Кипр. Но с 1974 года часть города является также административным центром частично признанной Турецкой Республики Северного Кипра. А граница между этими двумя недружественными государственными объединениями проходит по историческим районам населенного пункта, разделяя забором с колючей проволокой даже многовековую цитадель, построенную во времена, когда островом управляли венецианцы.

Граница посреди Старого Города в Никосии в греческой части острова

Там, где в 1974 году остановилось наступление турецких войск, сейчас и проходит граница между двумя Кипрами. Правда, контролируют ее не греки-киприоты и турки-киприоты, а войска ООН.

Граница посреди Старого Города в Никосии в турецкой части острова

Граница между Китаем и Китаем

КНР – это едва ли не единственная страна в мире, где существует настоящая граница между разными частями государства. Речь идет о меже между т.н. «континентальным» Китаем и особыми административными районами – Гонконгом и Макао.


Панорама Гонконга в вечернее время

Два этих города были переданы Китаю европейскими государствами, Португалией и Великобританией, в девяностых годах двадцатого века. С тех пор Макао и Гонконг, хотя и являются де-юре частью КНР, но доступ других жителей страны в эти районы затруднен – им нужно получать специальные визы.

Панорама Макао в вечернее время

Это обусловлено как боязнью жителей Гонконга и Макао наплыва огромного количества мигрантов из «красного» Китая, так и опасением самих китайских властей перед «вирусом свободы», которым больны новые регионы страны после векового европейского владычества.


Пограничный переход между Китаем и Гонконгом

Акротири и Декелия – британская территория на Кипре

Вернемся на Кипр. Этот многострадальный остров делится не только на греческую и турецкую части, а также «Зеленую линию» между ними. Примерно 3 процента территории Кипра находится и под контролем Соединенного Королевства. Великобритания до 1960 года управляла островом, а после решила оставить за собой две военные базы – Акротири и Декелию, а также некоторые населенные пункты рядом с ними.


Акротири и Декелия – британская территория на Кипре

При этом на территории Акротири и Декелии, которые являются заморской частью Великобритании, живут не только британские подданные, но и граждане Кипра. А внутри Декелии существует также два анклава: контролируемые властями Республики Кипр деревни Ксилотимву и Ормидия.

Акротири и Декелия – британская территория на Кипре

Впрочем, никаких заграждений – заборов и пропускных пунктов – в этой части острова нету. О пересечении границы между Республикой Кипр и Великобританией сообщают только едва приметные дорожные указатели.

Акротири и Декелия – британская территория на Кипре

Бир-Тавиль – ничейная земля на границе Египта и Судана

В мире есть множество территорий, принадлежность которых оспаривается несколькими государствами. Но есть также и большой клочок земли, на который не претендует ни одна существующая страна мира. Речь идет о районе Бир-Тавиль на границе Египта и Судана.


Бир-Тавиль – ничейная земля на границе Египта и Судана

Появление этой территории площадью 2060 квадратных километров обусловлено затянувшимся пограничным спором между Египтом и Суданом. Эти страны не могут договориться, по какой из возможных линий проходит их граница. И в итоге Бир-Тавиль оказался «ничейной землей» без инфраструктуры и постоянного населения.
В 2014 году американец Иеремия Хитон провозгласил свой суверенитет над этим регионом, а себя – первым королем независимого государства Северный Судан. Сделал он это не ради выгоды, а чтобы его дочь превратилась в настоящую принцессу, о чем она так мечтает.

Иеремия Хитон водружает флаг над Северным Суданом

Читать также: 10 величайших стен в истории.

Понравилась статья? Тогда поддержи нас, жми:

Для более полного понимания психологии любого конфликта важно разбираться в таком неотъемлемом явлении любой войны как мифы. Или легенды, если угодно. В условиях тумана войны и абсолютной неопределенности, пытливые, но темные умы для объяснения окружающей их действительности иногда сочиняют такие умопомрачительные истории, что нарочно не придумаешь. Особенно это касается тех, кто непосредственно выполняет свою тяжёлую солдатскую работу на огневых рубежах.
Возьмём, например, Первую мировую. Ничейная земля, разделявшая несколькими сотнями метров траншеи воюющих сторон, со временем становилась едва ли не самой важной частью жизни любого солдата. С ней были связаны почти все его чаяния, страхи и переживания, из неё на него веяло дыхание смерти в виде снайперских пуль, осколков, ядовитых туч и стальных гроз. На ничейной земле происходили самые важные события человеческих судеб: именно там многие встречались лицом к лицу с главными личными страхами, впервые шли на осознанное убийство врага в ближнем бою, зарабатывали свои медали в рейдах, лёжа сутками в секрете наживали болезни на всю оставшуюся жизнь, находили собственную смерть и вростали в землю разлагающейся массой. Всё это и многое другое делало ничейную землю в сознании солдат таким себе третьим участником войны, живущим своей жизнью по своим собственным закона, воюющим против всех и с демоническим аппетитом поглощающим тела и души сотен и тысяч бедолаг без деления на цвет их униформы.
Ничейная земля и породила один из самых великолепных в своей мрачности мифов войны. Дело в том, что в условиях Первой мировой пропасть без вести для любого солдата было проще простого: оказаться в эпицентре взрыва, стать пленным «языком» или остаться раненым умирать без надежды на помощь в силу специфики войны рисковал абсолютно каждый. Многие не выдерживали психологического давления и бессмысленности происходящего и сбегали из своих частей, также пополняя списки неизвестно канувших. Правда, расстрельные команды в тылу очень часто «помогали» солдатам перенести их фамилии в соседнюю графу потерь. Иногда случалось, что бежать назад было опасней, чем бежать вперед, ведь именно Первая мировая стала прародительницей заградотрядов. На фоне такой гнетущей атмосферы в солдатских кругах со временем стали появляться слухи, что их товарищи, поносившие недавно всех земных царей, вовсе не погибли случайно в крайнем бою и не затаились в ближайшем прифронтовом борделе, а ушли на ничейную землю. Жить. В послевоенной мемуарной литературе очень часто можно найти истории даже о целых интернациональных сообществах дезертиров, которые неплохо устраивались в брошенных траншеях, катакомбах или складках местности.
В своей книге «Эскадрон» британский офицер-кавалерист Артур Биман вспоминал, как в 1918 году под Соммой в неком комплексе брошенных траншей без вести пропала группа пленных с конвоиром. Командир был готов послать туда отряд добровольцев на поиски, но от затеи его отговорили окопные «старожилы». Они сообщили Биману, что на ничейной земле перед ними обосновалась банда британских, французских, немецких и австралийских дезертиров, которые от суровости обстоятельств потеряли человеческий облик и убивают любого появившегося в их владениях. В 1930 году военный прозаик Ральф Моррис, командовавший в годы войны батальоном, опубликовал повесть о юном дезертире, который убил своего командира роты за издевательства и скрылся на нейтральной полосе. Там он познакомился с дезертиром Альфом, который в свою очередь привёл главного героя в убежище к группе беглецов в брошенных подземных сооружениях.
Эти и многие другие сюжеты являются составной частью одного гигантского мифа об обитателях нейтралки. Днём они, якобы, как крысы ныкались в своих норах, а ночью выходили на охоту за пропитанием, и обдирание убитых это меньшее, чем они промышляли. От безысходности, они могли сообща даже вырезать какой-нибудь пост или целый блиндаж, очистив его на предмет всего съестного. Причем свой бывший блиндаж они вырезали с большей вероятностью, чем вражеский, ведь подходы к своему им были лучше известны.
В сознании совсем уж суеверных солдат миф приобретал и более причудливые формы. Поговаривали, что озверевшие и одичавшие беглецы в последней попытке спасти свои голодные и проклятые жизни, со временем переходили на человечину, убивая для пропитания таких же скитальцев или добивая раненых. Исследователи из Оксфорда в нарративных источниках отыскали даже версии о демонической сущности обитателей нейтральной полосы. Якобы, на ничейной земле дезертиры насовсем переставали быть людьми и превращались то ли в нежить, то ли в гулей и убивали всё живое. Такие истории особенно пользовались спросом среди солдат если линия фронта располагалась где-то у кладбища. Нет, ну а как ещё объяснить эти непонятные страшные звуки, истошные вопли и совсем аномальные стоны по ночам?
Впрочем, реальные основания у мифа всё же были. В суматохе сражений огромных армий в прифронтовой полосе на Западном фронте появлялись многочисленные отряды беглых солдат, живших в лесах и выживавших за счёт мелкого разбоя. К сожалению, история не сохранила подробной хроники жизни ни одной из таких групп, но их существование и головная боль, которую они причиняли тыловым службам и системе армейской юстиции, неоспоримы. С другой стороны, выживание отдельных дезертиров или их малых групп между фронтами можно считать статистически вероятным хотя бы в рамках погрешности, так как на некоторых участках фронт не менялся годами и условия для жизни на нейтралке всё же были.

Рубрики: Статьи

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *