Мы часто удивляемся, как на высоких должностях оказываются люди, которые не отличаются умом, сообразительностью или морально-волевыми качествами?

На самом деле здесь нет ничего странного, просто в их случае в действие вступил закон отрицательной селекции.

Комплекс неполноценности

В основе стремления к власти зачастую лежит «комплекс неполноценности». Психика человека, избавляясь от травмирующего опыта, например постоянных унижений, запускает механизм сверхкомпенсации, который выражается в навязчивой потребности иметь превосходство над другими.

Жажда власти коренится не в силе, а в слабости. В ней проявляется неспособность личности выстоять в одиночку и жить своей силой.

Но с достижением высоких постов избавиться от комплекса зачастую все равно не удается и человек, достигший власти, начинает все свои комплексы проецировать на окружающих, порождая новые проблемы.

Естественный отбор

Дарвиновская теория «естественного отбора» удачно характеризует и модель социальной системы нашего общества. Главная задача в условиях жесткой политической или должностной конкуренции — выжить, то есть сохранить свой пост и прилагающиеся к нему возможности и блага, образ жизни, социальный статус. Многие готовы бороться за свое место или за возможность повышения любой ценой. В этом случае моральные аспекты уходят на второй план, а то и вовсе превращаются в рудименты.

Разрушительный гедонизм

Доступность разного рода благ и удовольствий, характерная для высокопоставленных чиновников, настолько нарушает ментальное и моральное равновесие, что разум и нервная система множества людей не могут справиться с этим.

Противостоять деградации можно, только обладая твердыми убеждениями и моральными принципами. Но если у человека нет нравственного мерила, отсутствуют представления о правах и нормах, что тогда может удержать его от пренебрежения интересами других?

На крючке

Современные социологи, исследуя феномен «отрицательной селекции» власти, приходят к выводу, что это не всегда деградация, а нередко искусственно проводимая кадровая политика, в свое время успешно апробированная спецслужбами. В практике спецслужб давно используется способ подсадки агента «на крючок», когда последнему предъявляется компромат, а вместе с ним и условия сотрудничества.

В политике место агента занимает коррумпированный чиновник или делец с криминальным прошлым. Наличие компромата делает его управляемым и послушным. Вряд ли можно говорить о моральных или профессиональных качествах такого руководителя. Очень показательны в этом плане марионеточные правительства, пришедшие к власти в результате «цветных» революций.

Чтобы нижестоящие были хуже

«Отрицательную селекцию» многие правители, а за ними и нижестоящие чиновники намеренно проводили в реалиях верховной власти. Задача — ослабление нижестоящей иерархии. Этим чиновники старались убить двух зайцев: оказаться в выигрышном положении по сравнению с нерадивыми подчиненными и устранить возможных конкурентов в борьбе за место под солнцем.

Дух коллективизма

Несмотря на то, что в отрицательной селекции на первый план выходят индивидуальные цели, это в большей степени коллективистское явление. Достигший власти уже не столько хозяин своих личных интересов, сколько заложник продвинувшей его системы.

Отрицательный отбор в российской «вертикали власти»

Все перечисленное можно легко обнаружить в современном российском госаппарате среди российских чиновников. Их циничные надменные высказывания — явный признак комплекса неполноценности и желания возвыситься над другими. Роскошь, которой они себя окружают — гедонизм, поглотившая их жажда наслаждений. Невероятных размеров квартиры и загородные дома — и комплекс неполноценности, и поглотившая сознание тяга к роскоши.

Легко проследить эти явления и по известным артистам и спортсменам, которые становятся депутатами. Еще вчера это был достойный порядочный человек, но проходит время — и пребывание в Госдуме делает его похожим на других депутатов. В этом, кроме всего прочего, проявляется «дух коллективизма».

Яркий пример ситуации «нижестоящий должен быть хуже» — это Путин и Медведев. Путин держит во главе правительства Медведева, именно потому что он хуже — не составляет президенту конкуренции. И одновременно с этим на фоне Медведева сам Путин выглядит лучше, чем есть на самом деле.

Поэтому можно сделать однозначный вывод, что в российском госаппарате, в так называемой «вертикали власти», механизм отрицательного отбора действует в полном объеме, с самых нижних этажей власти и до самого Кремля.

Негативная селекция

Негативная селекция.
— И что там пишут отцы наши? – Без особого интереса, спросил Немиров, раскуривая трубку.
— Да так…, — пожал плечом Ярошевский, листая «Православный вестник». – О Добре и Зле, о сущности российской демократии.
— Нынешняя российская демократия основана на многовековой дрессуре силами государства и церкви, — сказал Немиров. – Русские государства и православие (9-10вв.) отличались особой травматичностью своих центральных идей закрепощения и переписывания истории. Это евразийское ноу-хау позволяло эффективно внедрить идеологию раба в массовое и персональное сознание. Обратите внимание, что слова «раб» и «Господин», — много и общеупотребимые в святых писаниях трёх аврамических религий. Для квазирусского православного человека считается честью изъявить свою уничижённость перед лицом администрации. Взрыднуть, рвануть рубаху на груди и лечь на какую-нибудь амбразуру. Именно такая дворня и выиграла все войны для российских диктаторов. А вовсе не Суворов, не Кутузов и не Жуков. Подлинными святыми и героями русского народа являются Александр Невский и Стенька Разин. А не Сергий Радонежский или Александр Матросов. Спросите, скажем, у голландца, пойдёт ли он воевать за Родину? «Конечно, нет», — ответит он. – «Для этого существует профессиональная армия, которую я содержу». При этом, он искренний патриот своей Родины и гордится тем, что является представителем европейской культуры, а не папуасом. Стоит отметить, что вполне цивилизованное «сидение на трубе», — предмет насмешек врагов России, — составляет основу бытия самодостаточной нации. Как «печатный станок» для Америки или банковская система для Швейцарии. Однако, и этот позитивный фактор современная охлократия включила в свой дискурс, заявив, что «сидение на трубе», само по себе, не делает из лузера качественного бизнесмена. Лишь тот, кто, сидя на трубе, грязными подошвами сталкивает других, хохоча над тем, как они ползают внизу в шелухе от семечек и тлеющих окурках, падающих сверху, — становится эффективным монетизатором. Именно по такому принципу и функционирует современная российская демократия. Ничто «злое» не могло бы существовать в ней без доброго «мужичка-богоносца», о котором со светлыми слезами на глазах писали крепостники-народники «серебряного века». Откуда взялся этот мужичок? Среди нации, которая дала Дмитрия Донского, Минина и Пожарского, Ленина и Пугачёва? Хозяин воспитал его, как щенка, в ржавом вольере православия и продолжает удерживать дрессуру через политические партии, псевдообщественные организации и СМИ.
Я Господь Бог твой, да не будет у тебя других богов пред лицом твоим.
Разве не так говорит государство?
Не убивай.
Не кради.
Не лги.
Не желай чужого.
Разве хозяин считает нужным исполнять эти заповеди? Может быть, он подставляет левую ногу, если дворовая собака укусит его за правую?
Сидеть.
Лежать.
Голос.
Фу.
Фас.
Вот, что говорит хозяин. Запреты без мотиваций. А в качестве поощрения за исполнение команд, — кусочек собачьего корма.
— Всё это очень интересно, — недовольно заметил Ярошевский. – Но, причём здесь Добро и Зло?
— Их не существует, — ответил Немиров. – Они фикции религиозного сознания, результат тысячелетней дрессуры, которой подверглась Европа. Сегодня любой атеист, сатанист или либертинианец в демократических сообществах, такой же моральный мутант, выкидыш негативной селекции, как и «мужичок-богоносец».
— Кто загрузил нас негативом, мне уже понятно, — усмехнулся Ярошевский. – А кто нам выправит моральный хребет?
— Непреходящая Жизнь, — ответил Немиров. – Когда ей понадобился кислород, она вырастила леса. Когда понадобилось место для наших обезьяньих предков, она уничтожила гигантских рептилий. Когда ей понадобился человек, она сделала из обезьяны человека, вложив ей в череп мозг весом в 700 грамм. Природа действует, как человек, нынешний её венец, съехавший набекрень. Когда генетическая линия вырождается, её уничтожают, чтобы освободить место другой. Или гуманно дают зачахнуть, как неандертальцам, в тени новой породы.
— Нам дадут? – Имитируя сарказм, спросил Ярошевский.
— Не знаю, — ответил Немиров.

«Отрицательная селекция» элиты и ее итог

«Функции монарха и президента республики, функции средневекового духовенства и современных ученых, схоластов и интеллигенции, функции прошлых аграриев и торговцев, и современных капитанов коммерции сущностно схожие. Они идентичны как по сути, так и по высокому положению, занимаемому этими профессиональными группами в иерархии. Несомненно, требуется высокий уровень интеллекта для успешного выполнения этих «работ», так как они носят чисто интеллектуальный характер. Несомненно также, что успешное осуществление этих функций важнее всего для общества в целом. И за исключением периодов упадка, заслуги лидеров перед обществом неоспоримы» (Питирим Сорокин. Социальная стратификация и мобильность).

Питирим Александрович Сорокин (21 января 1889, с. Турья, Вологодская губерния — 11 января 1968, Винчестер, США) был одним из основоположников российской и одним из классиков американской социологии. Как отмечала современный исследователь Т.В. Сохраняева, «масштабность мышления этого человека выводила его за рамки только социологической проблематики, подталкивала к глубоким обобщениям закономерностей культурных процессов»1. Именно Сорокин в ХХ в., идя наперекор господствующему позитивизму в гуманитарных науках, постулировал и обосновал утверждение, согласно которому одним из руководящих начал социума является мировоззрение его членов.
П.А. Сорокин начинал свой академический путь как убежденный западник, после февраля 1917 г. работал секретарем А.Ф. Керенского по вопросам науки. Его дальнейший поиск определялся все более критическим отношением к современной западной культуре и тем поворотом к традиционным (религиозным и моральным) ценностям в поздний период творчества, который биографы называют «альтруистическим поворотом».
Несомненную ценность представляют идеи П.А. Сорокина на всех этапах его научного развития, равно как и сама эволюция мышления человека, сумевшего стать классиком социологии для таких разных стран, как Россия и Соединенные Штаты.
Многолетние социологические наблюдения привели Сорокина-теоретика к пониманию невозможности рассматривать общественные процессы как линейные и подходить к ним с инструментарием детерминизма, в какой бы сфере не укрывался этот материалистический предрассудок – экономике, психологии, мировой политике и др.
Соединение действительно имеющих место в бытии общества закономерностей со свободой волей человека требовало для своей научной рефлексии более гибкого подхода, который усматривался Сорокиным в цикличности, подобной «длинным волнам» в системе Николая Кондратьева (1892–1938). Наблюдаемые в жизни общества циклы не исключают фактора неожиданности, но смягчают его некоторой предсказуемостью траектории, заранее представленной диалектически.
В диалектике материального и духовного отказываясь от какого-либо редукционизма, П.А. Сорокин выдвигал культуру как индивидуальное и коллективное творчество на передний план социологической предметности. Так, он различал три типа культуры, диалектически взаимодействующие друг с другом: идеациональную, чувственную и идеальную. По Гегелю, их можно представить как тезис, антитезис и синтез. Однако в социальной действительности противоречие совсем не обязательно снимается синтезом. Так, оценивая современное положение дел, Сорокин-наблюдатель констатировал кризис, который он определял как «перезревание чувственной культуры».
Состоянием культуры определяется качество человеческого материала на всех уровнях общества. «В перезревшей чувственной культуре общественная жизнь становится такой сложной, борьба за чувственное счастье – такой острой, потребность в удовольствии настолько нарушает ментальное и моральное равновесие, что разум и нервная система множества людей не могут выдержать огромного напряжения, которому они подвергаются; поэтому они становятся склонными к извращениям или даже ломке личности» (Кризис нашего времени).
В этом исследовании (1941 г.) Питирим Сорокин подошел к очень важному выводу: поведение целых социальных групп, и в том числе обеспеченных доступом к чувственным благам, на определенном этапе может быть уже не скрыто-рациональным, а прямо нерациональным, безумным. И, как опасный безумец, они сами нуждаются в изоляции от рычагов управления обществом, которые искушают их не до конца еще реализованными возможностями оргиастического применения власти.
П.А. Сорокин не был эгалитаристом, однако он полагал, что реализация дискурса власти в интересах общественного развития требует ответственности каждого участника социального процесса за вверенную ему область. «Каждый гражданин – носитель власти в известном объеме, в том, который диктуется принципом социального служения, откуда и следует, что иерархия власти и ее органов не исключается этой конструкцией, но поэтому же он несет на себе и всю ответственность и все обязанности власти» (Обязанности власти и обязанности гражданина).
Важность персональной ответственности за принимаемые решения и за их реализацию прямо вытекает из условий, которыми оговаривается эффективность власти вообще. «В конечном итоге историю делают люди. Люди, занимающие положения, которым они не соответствуют, могут «успешно» разрушить общество, но не могут создать ничего ценного, и наоборот» (Социальная и культурная мобильность).
Однако на стадии перезревания чувственной культуры меняются сами принципы формирования правящего класса. В одной из работ российского периода творчества П.А. Сорокин писал об «отрицательной селекции»: в периоды острых социальных катаклизмов самыми приспособленными оказываются не лучшие, а средние, способные слиться с массой в ее инстинктивных мотивах и не дистиллированных разумом побуждениях. Это те «духи» из легенды о Фаусте, которые сами по себе «не оставляют запаха».
Рост ущербности в таком обществе надо рассматривать комплексно: на низших уровнях растет число физически ущербных, на высших – число моральных уродов. Последние, «проявляя хорошие интеллектуальные способности, демонстрируют при этом заметную моральную слабость: жадность, коррупцию, демагогию, сексуальную распущенность, стремление к накопительству и материальным благам (часто за счет общественных и моральных ценностей), нечестность, цинизм и плутократию» (Социальная и культурная мобильность).
К такому состоянию элиты приводит одностороннее усиление материальной заинтересованности в ущерб духовной. Чувственная культура Запада в своем расцвете достигла небывалого раскрытия материальных сил. Но, полагая все свои цели в пределах материального мира, она не могла избежать утопического итога. «Банкротство перезревшей чувственной культуры достигает кульминации в своей неудаче прийти к главной заветной цели – высокому материальному стандарту жизни, доступному всем». В противоположность чувственной, «идеациональная культура не вкладывает в это всю или большую часть своей энергии: она относится к материальному комфорту или равнодушно, или негативно» (Кризис нашего времени).
Каким должен быть выход культуры из состояния «банкротства», характеризующегося «отрицательной селекцией»? В ранний период творчества Питирим Сорокин возлагал большие надежды на образование.
«В ряду множества кризисов, переживаемых теперь государством, – отмечал он в годы послереволюционного строительства, – едва ли не самым острым кризисом является кризис культурных сил, кризис знания… Всякая демагогия, не имеющая возможности привиться в стране культурной, у нас процветает и приносит пышные плоды в виде бесконечных эксцессов, то больших, то малых. Сотни кризисов, которые не имели бы места при достаточном запасе знания, у нас стали бытовым явлением и с каждым днем растут, с каждым днем обостряются» (Задачи ведомства народного просвещения).
Отсюда извлекалась и для нашего времени актуальная мысль: «Государство, в своих собственных интересах, обязано придти здесь на помощь народу и создать денежный фонд, обеспечивающий каждому желающему учиться возможность своего существования… Расходы на это дело возместятся сторицею» (Там же).
Известно, что в более поздних трудах Сорокин «с явной симпатией характеризует китайскую (конфуцианскую) систему образования, благодаря которой образовательный тест выполнял роль всеобщего избирательного права и интеллектуальная элита формировалась вне зависимости от семейного статуса людей»2.
Одно из существенных требований, предъявлявшихся Сорокиным к образованию, состоит в том, что оно должно быть национальным. «Теперь, когда история грозит нас обезличить, когда другие народы готовы исключить нас из числа главных действующих лиц и перевести нас на роль простых статистов, мы начинаем понимать великую ценность национального лица. Если для каждого из нас иметь свое лицо лучше, чем быть безличным, то то же относится и к целому народу. Пора понять, что всякая попытка отказаться от своего лица приводит либо к безличности, либо к искажению этого лица» (Речь на торжественном собрании в день 103-й годовщины Петербургского университета, 21 февраля 1922 года).
Второе требование к образованию – его моральная определенность. «Отправляясь в путь, – призывал П.А. Сорокин молодых сотрудников университета, – запаситесь далее совестью, моральными богатствами. Не о высоких словах я говорю… а говорю о моральных поступках, о нравственном поведении и делах. Это гораздо труднее, но это нужно сделать, ибо я не знаю ни одного великого народа, не имеющего здоровой морали в действиях. Иначе… Вы будете иметь ту вакханалию зверства, хищничества, мошенничества, взяточничества, обмана, лжи, спекуляции, бессовестности, тот «шакализм», в котором мы сейчас захлебываемся и выдыхаемся» (Там же).
Не менее важным признавалась и семейная составляющая образования личности. Семья – «первый скульптор, лепящий Socius’a из биологической особи», но «слишком далеко зашел здесь развал и духовный и биологический, через половые болезни ускоряющий вымирание и вырождение русского народа» (Там же).
Следует отметить, однако, что в рассматриваемый период П.А. Сорокин еще только отходил от позитивистских установок в социологии, поэтому предписывание рецептов было для него естественной частью риторики. В позднейшие годы, изучая социум комплексно, ученый пришел к довольно категоричному выводу: «должно быть предельно ясно, что все умонастроения человеческого общества – особенно в отношении того, что считать истинным или ложным, знанием или невежеством, а отсюда образование и все школьные программы – все это различается в соответствии с доминирующей истиной, принятой данной культурой и обществом» (Культурная динамика).
Именно эта «доминантная истина» и «заземляется» в эпохи гниения, что неизбежно вследствие преобладания материальной стороны человеческого существа. Моральные требования, предъявляемые обществом к элитам, селективный отбор которых происходит по «отрицательному» принципу, превосходят их реальные возможности.
«Если индивид не обладает твердыми убеждениями по поводу того, что правильно, а что нет, если он не верит в Бога или в абсолютные моральные ценности, если он больше не питает уважения к своим обязанностям и, наконец, если его поиски удовольствий и чувственных ценностей являются наиважнейшими в жизни, что может вести и контролировать его поведение по отношению к другим людям? Ничего, кроме желаний и вожделения. В таких условиях человек теряет всякий моральный и рациональный контроль и даже просто здравый смысл. Что может удержать его от нарушения прав, интересов и благосостояния других людей? Ничего, кроме физической силы. Как далеко зайдет его ненасытная жажда чувственного счастья? Она зайдет ровно настолько далеко, насколько позволяет противопоставленная ей грубая сила других» (Кризис нашего времени).
Возможно ли в принципе избежать кризисов, которые приводят к отрицательной селекции элит? По-видимому, Питирим Сорокин считал, что кризисы социума неизбежны, но они должны преодолеваться «острой болью рождения новой формы культуры, родовыми муками, сопутствующими высвобождению новых созидательных сил» (Социокультурная динамика).
Причем, если только еще не наступил конец истории, на руинах перезревшей чувственности обязательно вновь процветут затоптанные было травы идеациональности.
__________________
1 Сохраняева Т.В. Образование как фактор культурной динамики (опыт прочтения П.А. Сорокина) // Вестник Московского университета. – Серия 7. Философия. – №6. 1998. – С. 83.
2 Там же.
Подборка текстов, введение и научный комментарий: И.С. Вевюрко

Vampyr

Сюжетное задание «Дурная слава»
Двигайтесь внутрь канализации, воспользовавшись ключом у двери, отмеченной маркером. Перемещайтесь по новой локации до помещения с двумя вентилями. Чтобы пройти дальше, нужно слить воду. Для этого при помощи вентилей перекройте два шлюза, по которым поступает вода. Первый будет перекрыт изначально, а вот при закрытии второго дверь будет упираться в бочки. Выстрелите в них, чтобы обеспечить закрытие шлюза. Будьте внимательны: разрушится только одна бочка, и этого достаточно. Разобравшись со шлюзом, спуститесь вниз и двигайтесь вглубь канализации.
Вскоре вы свалитесь вниз и окажетесь в воде, где на Джонатана нападет Фергал. Он использует продолжительные комбинации из ударов, поэтому действуйте осторожно при контратаках. Победив врагов, идите по кровавым следам до помещения, где прячутся помойные скали. Пообщайтесь со Старой Бриджит, идите в дальний правый угол и окажетесь в комнату с Харриет. Узнайте обо всем у женщины, затем покиньте канализацию и примите решение по Шону Хэмптону, которого можно излечить, пощадить (оставив скалем) или убить.
Сюжетное задание «Красные реки»
Покинув ночлежку Шона Хэмптон, вы обнаружите на земле труп. Осмотрите его, чтобы в бумажнике отыскать записку с адресом. Идите на указанный адрес, войдите в дом и воспользуйтесь вампирским чутьем. Бегите по кровавым следам, убивая противников, пока не обнаружите труп женщины, подвешенный на дереве. Вытащите розу изо рта, заберите или оставьте часы, а затем преследуйте таинственную незнакомку, используя телепортацию.
Этот путь приведет вас на кладбище, где вам предстоит сразиться с Мэри, очень сложным противником. Я бы сказал, что битва против Мэри – это самое сложное сражение в игре. С ней может сравниться только Алая Королева и Маккаллум (за счет лучей света).
Сюжетное задание «Поминки о прошлом»
Подойдите к священнику и взаимодействуйте с ним. После кат-сцены и беседы с Мэри начнется сражение. Уклоняйтесь от ее выпадов и попыток нанести повреждения с помощью деревянного креста, и по возможности контратакуйте (один удар двуручным оружием).
Когда Мэри будет рыгать кровью, то можете быстренько атаковать ее (1-2 удара) и покинуть область, которая взорвется у вас под ногами. Также периодически Мэри будет сильно кричать – ударная волна может даже убить Джонатана с первого раза.
Мэри выпьет кровь священника и восстановится, поэтому вы можете сделать это раньше, опередив ее. Два-три раза з бой вы сможете высосать кровь самой Мэри. После победы отнесите ее бездыханное тело в могилу. Вновь покойная Мэри на руках у Джонатана.

ГЛАВА 4. ПРИБЛИЖЕНИЕ БЕДЫ

Сюжетное задание «Великая охота»
Чтобы добраться до леди Эшбери, вы должны будете пройти в новую область Уайтчепела. Сделать это непросто. Предварительно пообщайтесь с доктором Суонси, а затем начните искать путь в регион. Единственная открытая тропа находится со стороны западных доков (нижняя часть карты). Не забудьте отпереть все ворота изнутри области. Также на локациях появятся высшие вампиры – эконы. Эти враги действуют так же, как и Джонатан (используют те же умения).
Пройдите внутрь особняка и пообщайтесь с девушкой. После этого нужно будет отправиться в Вест-Энд. Идите на запад, чтобы добраться до нужной области. Обязательно отоприте все врата в соседние регионы!
Сюжетное задание «Фамильные портреты»
Войдите внутрь клуба «Аскалон». Предварительно можете поговорить с местными жителями и выполнить несколько расследований:
— «Звезды сошлись». Берется неподалеку от особняк Ридов, когда нужно будет спасти мужчину, спрятавшегося от экона в своем магазине.
— «Путешествие в прошлое». В особняке Ридов найдите часть завещания отца Джонатана, Одри Рида.
— «Сюрприз от одинокого лондонского гурмана». Отыщите торговца Калхуна Рассел и поговорите с ним.
— «Эмили пропала». Поговорите с Шарлоттой Эшбери.
— «Дочь вся в отца». Нужно будет найти записку на трупе в канализации под садами Темпла (позже).
— «Ящик Пандоры». Также берется позже – побеседуйте с Ашером Торртли, местным предсказателем, расположенным под поместье Алоизия Доусона.
Внутри клуба «Аскалон» поднимитесь наверх и поговорите с лордом Редгрейвом. Согласитесь вступить и пообщайтесь с Алоизием. Выходите на улицу – вам нужно узнать о двух потенциальных местах заражения. Сделать это можно в разговоре с Шарлоттой Эшбери и Эйвери Корк.
Посетите первое место заражения, где нужно будет победить Элиза Маллани. Прежде изучите труп, затем двигайтесь по кровавым следам в режиме вампира и спуститесь на первый ярус. Здесь будет Эльза, сидящая в кресле. Девушка действует как обычный скаль, но параллельно плюется ядом. Избегайте отравленных областей. После победы заберите письмо.Эльза.
Идите во второе место инфицирования. Территория будет перекрыта, поэтому от запертых ворот идите налево, чтобы отыскать другой вход. Попав во двор, убейте врагов и откройте запертые ворота. Войдите в здание через двери и найдите мужа с женой – скаля и ядовитую тетку, плюющуюся ядом. Битва с боссом ничем не отличается от сражения против Эльзы, за исключением того, что здесь будет скаль Роджер с большим запасом ХП. После боя прочитайте вторую записку.
Сюжетное задание «Гран-Гиньоль»
Отправляйтесь к театру, в котором управляет Дорис Флетчер. Войти внутрь через парадную дверь не выйдет. Идите налево, чтобы попасть к западной стене и строительным лесам. По ним запрыгните наверх и войдите внутрь. Спуститесь в самый низ и пройдите на сцену, чтобы столкнуться лицом к лицу с Дорис Флетчер. Это новый тип противника, который будет использовать свою огромную левую руку. Она бьет медленно, поэтому у вас будет время и на уклонения, и на контратаку. В конце боя вы получите «Выдающуюся Саблю».

ГЛАВА 5. ТРЕТЕЙСКИЙ СУД

Сюжетное задание «Противоестественный отбор»
Двигайтесь в клуб «Аскалон», чтобы побеседовать с лордом Редгрейвом. Он попросит вас обратить Алоизия Доусона в экона, но для начала к нему нужно пробраться.
Отправляйтесь в сад Темпла, найдите в левом верхнем углу карты спуск вниз и проследуйте в канализацию. Двигайтесь через нее, убив Леона Августина, еще одного вуколда, напоминающего Фергала. Вскоре вы упретесь в комнату с тремя вентилями, позволяющими управлять уровнем воды. Сначала воду нужно поднять, чтобы открылась дверь слева впереди (будет гореть зеленая лампочка). После пройдите через нее и отоприте с другой стороны дверь справа от вентилей. Опустите уровень воды, пройдите через дверь справа и телепортируйтесь дальше. Поднимитесь по ступеням и выйдите наружу, чтобы попасть в нужную часть Вест-Энда.
Сюжетное задание «Евхаристия»
Прежде чем пройти в особняк Алоизия, можете собрать о нем информацию, которая позволит не убивать или обращать мужчину, а заставить его не бояться смерти. Решать вам. Так или иначе. Войдите внутрь и найдите Алоизия на первом этаже в дальней комнате. Примите по нему решение. А затем сообщите о нем лорду Редгрейву. Он будет доволен лишь в одном случае – если вы обратили Алоизия. Во всех остальных вас будут преследовать лорды из клуба «Аскалон», да и вход внутрь теперь будет закрыт.
Сюжетное задание «От меча и погибнешь»
Отправляйтесь назад в больницу, пройдите в кабинет Суонси, но не обнаружите Эдгара на рабочем месте. Включите режим вампира и идите по кровавым следам наверх, к лифту, на котором поднимитесь на чердак. Здесь вам предстоит сразиться с охотником Маккаллумом, который будет стрелять из огнестрельного оружия и включать ультрафиолетовые лампы, наносящие Джонатану повреждения.
Победив его, примите решение – обратить, убить или оставить в живых.
Сюжетное задание «Бесстрастная наука»
После победы над Маккалумом следуйте в указанное место. Это будет театр. Войдите внутрь и пройдите на сцену, где воевали против Дорис Флетчер. Здесь будут столы, и н одном из них лежит ключ от подвала. Спуститесь вниз, найдите другой ключ и пройдите в место, где удерживается связанный Суонси. Узнав правду о нем, выберите, как поступить с мужчиной.

ГЛАВА 6. НУЛЕВОЙ ПАЦИЕНТ

Сюжетное задание «Противоядие»
Отправляйтесь в поместье леди Эшбери и поговорите с ней, чтобы узнать о противоядии. Нужно раздобыть три ингредиента. В старом морге госпиталя находится инсулин – как туда попасть, вы, надеюсь, помните.
Также нужно посетить клуб «Аскалон» и взять каплю Маршала у лорда Редгерйва. Он даст вам ее независимо от того, помогли вы Алоизию или нет.
Маккаллум вы встретите на кладбище, где похоронена Мэри. Поговорите и возьмите каплю крови Артура.
Собрав ингредиенты, изготовьте противоядие на любом рабочем столе.
Сюжетное задание «Подопытный кролик»
Вместе с ним отправляйтесь в канализации в Вест-Энде, куда спускались ранее. Доберитесь до места, где прятались помойный скали, но увидите здесь сплошную разруху. Двигайтесь по кровавым следам, пока не начнется битва против Харриет. Бой идентичен сражению с Дорис Флетчер.
После победы вам предстоит сразиться с Алой Королевой. К этому моменту вы разблокируете множество навыков и умений, будете хорошо прокачены, поэтому оставляют выбор стратегии и тактики на вашем усмотрение.

ГЛАВА 7. ЗДОРОВЫЙ НОСИТЕЛЬ

Проберитесь внутрь замка по единственному пути, найдите на картине изображение луны и меча (в холле, активировав вампирское видение). Последнее делать необязательно – главное найти кнопку луны и меча в комнате со столом и большим камином, и последовательно нажать на них. Пройдите вперед и смотрите концовку игры.

Рубрики: Статьи

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *